— Нет. Вон поехали “Жигули”. Номер 12-18. Единица в степени два даёт единицу. И единица в степени восемь даёт единицу. Гармония!
— А вон мотоцикл, — Катеньке хотелось выиграть в эту новую игру, хотя в правилах она пока не очень разбиралась, — с номером 27-94. Никакой связи!
— Ошибаешься. Два минус семь дают минус пять. Девять минус четыре тоже пять, хотя и с плюсом.
Они играли в числа на интерес целыми днями. Катеньке очень редко удавалось загнать студента в ловушку — он ловко использовал арифметические действия, корни со степенями и даже логарифмы. Скоро она научилась манипулировать цифрами автомобильных номеров, но придала этому занятию совсем другой смысл. Катенька по номерам гадала. Она загадывала желание и смотрела на проезжающую машину. Если номер сходился, то и желание должно исполниться. Как назло, в ту весну ей попадались совершенно негармоничные сочетания цифр: 62-00, 07-28 или 33-35. Наверное, из-за этого её главное желание в прямоугольных очках завалило сессию и ушло в армию. Кажется, даже во флот.
С тех пор Катенька забросила магию чисел, но сегодня впервые за долгие годы вернулась к ненадёжной ворожбе по номерам проезжающих машин. Она очень хотела, чтобы её нынешний мужчина со вкусной фамилией Леденцов не бросил её. Катенька имела огромный отрицательный опыт и научилась предчувствовать разрыв так же точно, как аквариумные рыбки в Японии чувствуют надвигающееся землетрясение.
Леденцова она терять не хотела ни за какие коврижки. Впервые ей попался серьёзный, основательный мужчина. Он относился к ней нежно и уважительно, снял квартиру, дарил дорогие вещи. Да что вещи? Леденцов обладал редчайшим мужским талантом — он принимал за Катеньку решения. Часто поперёк её воли и настроения. Катенька бесилась, устраивала истерики, но когда решения реализовывались (то есть всегда), понимала, что именно этого она втайне и хотела.
Палыч не был мужчиной её мечты, он был мужчиной её судьбы. Он являлся единственным человеком во Вселенной, рядом с которым Катенька могла совершать всякие глупости и безрассудства. Она могла даже не злиться на себя, потому что мир в присутствии Леденцова не щёлкал её по носу, не подставлял подножек, не давал тумаков. Катеньке очень нужен был именно этот мужчина. Не такой — Леденец был единственным таким, — а этот.
“Если следующий номер на той «Волге», — думала Катенька, — сойдётся, то всё у нас будет хорошо”.
Номер оказался 38-02. Катенька остановилась и обхватила руками плечи. Она скребла коготками по ветровке и пыталась, пыталась, пыталась как-нибудь выстроить проклятые цифры.
3
Емельян Павлович не стал спорить с посетителем. Он никогда и ни с кем не спорил.
“Ай, как нехорошо, — подумал Леденцов, — придётся силу применять к больному”.
— Вы считаете меня сумасшедшим, — сказал Иван Иванович. — Это нормальная реакция разумного человека на слова “спасти Вселенную”. Вам нужны доказательства, причём от лица, которому вы доверяете.
— Вы совершенно правы. Будьте любезны, подготовьте их в письменной форме и передайте моему секретарю. А сейчас…
— А сейчас вы это доказательство и получите. В устной, но весьма убедительной форме.
“Придётся выгонять, — огорчился Емельян Павлович, — ну, Ольга!”
Сию же секунду дверь кабинета распахнулась, и в проёме возникла крашеная головка верной секретарши.
— Вызывали, Емельян Павлович?
— Вот! — воскликнул ненормальный посетитель и хлопнул в ладоши. — Вот вам и доказательство!
Если Ольга и была беременна, то на самом раннем сроке. Среагировала она быстро и адекватно.
— Емельян Павлович, у вас через пятнадцать минут встреча с главой районной администрации.
— Спасибо, — Леденцов поднялся над столом и протянул Ивану Ивановичу руку, — меня очень заинтересовало ваше… сообщение. Значит, договорились: вы готовите обоснование…
Иван Иванович руку принял с радостью и стал её трясти, как кастаньету.
— Какое ещё обоснование вам нужно? Только что вы подумали о своём секретаре — и она немедленно появилась!
Ольга продемонстрировала умение сжимать губы в тонкую, как волос, полоску и двинулась на зарвавшегося посетителя.
— Все-все! — тот явно не собирался упорствовать. — Через минуту меня здесь не будет! Только один вопрос, Емельян Павлович: часто ли сия очаровательная хранительница приёмной (поклон в сторону Ольги) врывается в ваш кабинет без приглашения?
Когда дверь за назойливым Иваном Ивановичем закрылась, Леденцов подошёл к окну и распахнул его пошире. Была ещё не совсем весна, но он любил холод и свежесть, поэтому раму закрывал только в приёмные часы, а работать предпочитал в прохладе. Никакого главы администрации, конечно, не предполагалось, так что Емельян Павлович имел возможность выстудить помещение так, как ему нравилось.
“Надо Олю поблагодарить, — подумал Леденцов, — здорово она меня выручила. Если бы не вошла, пришлось бы самому этого типа вышвыривать”.
На зов селектора секретарша явилась багровая от ярости.
— Что такое? — спросил Емельян Павлович. — Кто-то попытался приставать в служебное время?
— Да этот ваш… Он вообще хам! Знаете, что он заявил напоследок? “Милая девушка! Воздержитесь от секса в ближайшее время, а то ваш шеф обеспечит вам беременность!”
Отношения Емельяна Павловича и Ольги никогда не переходили рамки служебных, чем секретарша всегда гордилась, а Леденцов никогда не тяготился.
— Не переживайте вы так, — сказал он, — это обычный сумасшедший. Вселенную предлагал спасти. Полный отморозок.
— Я тоже хороша, — Оля потихоньку меняла окраску на нежно-розовую, — надо было его сразу подальше отправить. Но он таким убедительным показался. Извините.
— Ничего. И на молодуху бывает проруха.
Секретарша заулыбалась практически безмятежно. Она ценила незамысловатые каламбуры начальника.
— Зато потом, — сказал Емельян Павлович, — вы очень вовремя появились.
— Так вы же позвали.
— Я?
— Конечно! Я ещё удивилась, почему не по селектору, а…
Тут Ольга запнулась и подняла глаза к потолку, пытаясь обнаружить там нужную информацию.
— Вслух? — пришёл на помощь Леденцов.
— Да… кажется.
“Похоже, — подумал Емельян Павлович, — парень из экстрасенсов. Или гипнотизёров”.
— Селектор забарахлил, — пояснил он. — Пришлось повысить голос. Кстати, вызовите ремонтников.
Секретарша облегчённо чиркнула в блокноте.
