специально ждали, когда на нее выбежит весь отряд Потапова, оторвавшись достаточно далеко от спасительных казематов Центрального острова. Многие успели залечь среди камней, другие бросились назад — но очереди легко настигали их. Те, кто был у берега, пытались атаковать пулеметное гнездо, оказавшееся слева. Но вражеский огонь, к нему прибавились и минометы, был слишком плотным… Растерявшись, группы залегли на берегу, у насыпи… «Я и несколько бойцов стали пробираться влево к реке, но там нас обстреляли. Тогда мы переползли вправо к насыпи, на которой, помню, стояла разбитая легковая машина, затем перебежали к бревенчатому строению[842], что виднелось позади насыпи. Хотели залезть в сарай, но он оказался крепко заколоченным. Не теряя времени, я переполз к плотине, глотнул воды и бросился бежать»[843] .
…Бросился бежать и отряд Потапова, залегший было у плотины, потеряв умчавшегося вперед командира, они несколько минут продолжали лежать у насыпи. Затем кто-то крикнул «Немцы обходят справа!», и, потеряв голову от страха, большинство кинулось обратно через дамбу, под огонь пулеметов. Пули, высекающие искры из камней, крики раненых и предсмертные хрипы убитых за спиной пробирающихся по камням красноармейцев 333 сп… Долго выжившие не забудут этого — до кольцевой казармы добежало лишь несколько человек[844]. Каландадзе на некоторое время вернулся в тот вечер в подвал: «Одного взгляда было достаточно, чтобы отметить — гарнизон поредел наполовину».
В это время Потапов, Клыпа и передовая группа отряда выбежали к Бугу. Никто не остановился ни на миг — хорошо плавающий Петя Клыпа кинулся в воду, как был в сапогах, брюках и майке, зажав в зубах пистолет[845]. Как и другим бойцам, им удалось доплыть почти до Буга, до кажущихся спасительными зарослей ивняка — когда ударили пулеметы… Казалось, вода закипела от пуль. До Южного доплыло лишь тринадцать — вдоль его берега также шла насыпь, и подплывших к берегу достаточно близко скрыл густой ивняк. Не мешкая (вскоре от 13 осталось 9), они бросились вдоль насыпи. Вскоре поняли, что наконец-то прорвались… Но лейтенанта Потапова среди них уже не было. Не выдержав напряжения, они свалились и заснули[846].
20.00. Пока Потапов прорывается на запад, на востоке немцы покидают крепость. С 20.00 полковник Йон вынес свой КП за пределы Центрального укрепления — на юго-западный угол продовольственного склада (Proviant Magazine). Его подразделения занимают оборону по главному валу. Фридрих Йон: «Во второй половине дня дивизия поставила задачу — в сумерках эвакуировать Северный остров и центр крепости, перейти к обороне на внешних валах, и предотвратить любой прорыв окруженных русских. 135-й пехотный полк занял оборону на северных валах между Бугом и северными воротами. 1-й батальон был сменен другими войсками в городе Брест-Литовске и принял восточную часть валов Северного острова. 2-й батальон — западную. Северный остров был эвакуирован практически без какого-либо противодействия»[847].
Вероятно, Йон держал западную часть главного вала, включая захваченные 9-й ротой Северные ворота. Далее — плотно вжимаясь в оставшиеся еще от польской обороны ячейки, сидели бойцы из различных подразделений, объединенных майором Гавриловым в роты под командованием лейтенантов Яковлева и Самойлова. Далее — артиллеристы 98 ОПАД: в ячейках, частично в окопах. Позиции были достаточно выгодны, для отражения атак пехотных подразделений, поддерживаемых пехотным оружием, но укрытия от огня тяжелой артиллерии не предусматривали.
Однако у самого Мухавца — вновь небольшой, но ключевой участок немецких позиций. Таким образом, почти весь восток главного вала — в советских руках, но ключевые участки (Северные ворота, вал у Мухавца), контролирующие как передвижение по Северному, так и препятствующие возможным попыткам прорыва или обстрела магистрали — у немцев.
Внутренняя же часть Северного — затухающие пожары и остывшие уже трупы, провалившиеся в забытье раненые, ободранные снарядами деревья и начавшая уже вянуть сшибленная взрывами листва, свежие воронки и разбитый автотранспорт — ничейная территория.
20.15 Москва. Наркомат обороны СССР
Военным советам Северо-Западного, Западного, Юго-Западного и Южного фронтов уходит директива наркома обороны маршала Советского Союза С. К. Тимошенко:
«…2.Ближайшей задачей войск на 23–24 июня ставлю:
а) концентрическими сосредоточенными ударами войск Северо-Западного и Западного фронтов окружить и уничтожить сувалкскую группировку противника и к исходу 24 июня овладеть районом Сувалки.
…3. Приказываю:
…б) Армиям Западного фронта, сдерживая противника на варшавском направлении, нанести мощный контрудар силами не менее двух мехкорпусов и авиации фронта во фланг и тыл сувалкской группировки противника, уничтожить ее совместно с Северо-Западным фронтом и к исходу 24.6 овладеть районом Сувалки»[848].
21.0. Из оперативной сводки штаба Западного фронта № 1-й «…Части 4-й армии вели оборонительные бои предположительно на рубеже Мельник, Брест (иск.) Влодава. К 17 часам под натиском превосходящих сил противника правый фланг армии отошел:
28-й стрелковый корпус — 49-я стрелковая дивизия — сведений в течение дня не поступило.
42-я стрелковая дивизия к 13 часам была в районе Чернавчицы, Черни, 10 км северо-восточнее Бреста, имея задачу прикрыть с северо-запада разрыв между 49-й стрелковой дивизией.
6-я стрелковая дивизия к 15 часам отходила от Бреста на Жабинка.
75-я стрелковая дивизия — есть данные только о штабе дивизии, что он находится Малорита.
14-й механизированный корпус к 15 часам в районе Жабинка, его 205-я моторизованная дивизия в районе Запруды, Береза (Береза Картузска) готовит оборонительный рубеж по р. Мухавец. Штаб 4-й армии в 16 часов — Запруды. В течение дня связь с армиями работала с большими перебоями… Оперативных сводок задень боя от армий к 19 часам 30 минутам не поступало… Данных о потерях и трофеях нет»[849].
21.00 Тересполь. КП 45 I.D.
Фон Кришер представил план артподготовки[850] для атаки 23 июня. Артогонь планируется с 3.00 до 4.30 — втрое больше чем сегодня. Вероятно, это позволит избежать многих ошибок — цели уже хорошо известны, торопиться не нужно. Немаловажно то, что огонь будет сопровождаться наблюдением. Его могут корректировать и в тылу противника — из церкви Святого Николая.
Итак, в соответствии с планом мортирные дивизионы (854-й и Галля) ведут стрельбу на разрушение с углами возвышения, превышающими углы сверхдальности. Максимально возможная скорость огня, общее использование боеприпасов — 644 выстрела, снаряд и вид взрывателя по возможности бетон или взрыватель с замедлением. Стрельба с рассеиванием ±25 м.
3/Nbw.Abt.6 — вначале 2 огневых налета, затем стрельба на разрушение (2–3 выстрела на орудие в минуту), сменяющаяся 3 попеременными огневыми налетами с 10 минутами паузы.
Все использование боеприпасов — 900 выстрелов, 1/3 взрывателей — бризантность замедленного действия, 2/3 — химические. Стрельба с рассеиванием ± 25 м.
I/A.R.99 — вначале 2 огневых налета, затем стрельба на разрушение, 2–3 выстрела на орудие в
