LSD. Галлюциногены, психоделия и феномен зависимости

частыми гостями в Эссалене, где они проводили «кислотные семинары».

К изложенному хочется добавить лишь следующее:

Во-первых, «пиковые переживания» групповой терапии, точно так же, как «особые состояния сознания» восточных практик и «трипы» поклонников LSD, в пике своего развития стали «воротами», ведущими отнюдь не к улучшению психического состояния человека.

Во-вторых, групповая терапия в своем «чистом», первичном виде зовет сознание прочь от индивидуальных — «аполлонических» — ценностей мышления — назад к групповым, коллективным ценностям язычества. Главная задача участника — не задумываясь, «потерять» самого себя во имя групповых целей «путешествия в сейчас» или сексуальной чувственности.

Индивид теряет «Я»; подобно индейцу, который с помощью галлюциногенного напитка аяхуаска сливался с племенем, предками и шаманом.

В-третьих, мы снова сталкиваемся с зависимостью, которую назвали «интеллектуальной», — с зависимостью не от вещества, но от психического состояния.

Профессор психологии Зигмунд Кох дал следующую характеристику групповой терапии:

«Эпидемическая увлеченность групповой терапией объясняется тем, что все эти методы являются целой серией хорошо разрекламированных экзистенциальных товаров. Здесь торгуют свободой, цельностью, гибкостью, общностью, любовью, радостью. Начинают с такого освобождающего потребления, а заканчивают психическим стриптизом и рабской покорностью участников».

Раз формируется подобная зависимость, значит, в глубинах бессознательного существует и потребность в возникновении таких состояний сознания. Но факт ее существования приводит к еще одному, страшному последствию «психоделической революции» — методам прямой манипуляции человеческим поведением.

Автор хочет отметить, что все, что написано выше о групповой терапии, имеет отношение не к ее техническим приемам. Групповая психотерапия начинает выступать в роли наркотика только в том случае, если она подает себя — некую религиозную, сектантскую ценность — как очередную абсолютную истину.

Если же только приемы групповой терапии или медитации ставят своей целью улучшение состояния конкретного человека и не претендуют на создание какого-либо универсального мировоззрения («религии»), то они, разумеется, теряют свой «наркотический» смысл и используются в психотерапевтической практике без всякого вреда для пациента.

Модификация поведения

Небезызвестный психоделический пророк Тимоти Лири в своей статье 70-х годов утверждал, что главной задачей человеческой жизни является достижение «необусловленного чувственного наслаждения, соматического восторга, генетической трансцендентации, нейроэлектрического экстаза».

По мнению Лири, достичь этих состояний человеку помогают «LSD, мескалин, марихуана, Перлз, йога и психогенетические хирургические операции и электрическое раздражение мозга» (выделено мной. — А.Д.).

С первыми пятью факторами «максимального удовольствия», по Лири, мы уже достаточно хорошо знакомы, а вот что он подразумевает под электрическим раздражением мозга и генетической хирургией — понятно, наверное, не всем.

Как мы видели, в истории человечества проблема галлюциногенных наркотиков и попытки насильственного вмешательства в человеческое поведение и сознание всегда существовали в неразрывной связи друг с другом.

С помощью галлюциногенного растения, трансцендентальной медитации или шока групповой терапии человеческое сознание открывалось. Однако в это открытое сознание нужно было что-то вложить. И всегда это «что-то» оказывалось тем, что считали