полного паралича сознания.
Только теперь, при «нулевом» состоянии тела, духа и души зомби, колдун может внушить ему абсолютно любую программу поведения.
Вот что прекрасно понимал В.М. Бехтерев и не учел Джон Лилли: для того чтобы осуществить «метапрограммирование», нужно сначала стереть в сознании человека ощущение отдельности, неповторимости личности.
Что, собственно говоря, происходит? Можно ли каким-то образом выявить доминанту того процесса, в условиях которого человеческая индивидуальность на протяжении целого века становится нежелательным элементом для разнообразных по своему звучанию идеологий?
Можно. Если вспомнить, что наше представление об индивидуальности, наше чувство собственной отдельности и достоинства есть с точки зрения исторической чувство сравнительно новое.
Современное ощущение человеком своей персоналънос-ти как не подлежащей сомнению ценности возникло только после откровения Христа. «Я» существует как значимое чувство лишь две тысячи лет.
До христианства человек языческий и человек ветхозаветный не только по-иному мыслил, но и по- иному ощущал то, что сегодня понимают под человеческой личностью.
Не в словесных, дошедших до нас мифах, а в реальном повседневном мышлении древний человек ощущал себя только и исключительно как некую протяженность — континуум, непременным компонентом которого было ощущение длящегося живого бытия душ предков и тотемных животных как части собственной души. Именно они стояли за судьбой каждого члена рода и управляли поступками людей.
Другой полюс континуума принадлежал природе, частью которой человек себя ощущал. Не было четкой границы «тело — природа». Предки, род, природа и ее духи ощущались как естественная часть личности, мышления под знаком «Я» еще не существовало. Над всем главенствовало «мы». Порог сознания, «умственный уровень» по Юнгу, у языческого человека был изначально ниже, так как ничего другого не требовала культура и ее главное содержание — традиционная религия.
Такой тип мышления Люсьен Леви-Брюль называл «первобытно-магическим». В ветхозаветные времена континуум «предки — я — природные духи» был заменен аналогичным «род — я — закон Бога».
Выглядит это примерно так:
Из схемы, которая ничем не отличается от схемы с LSD, видно, что в дохристианскую эпоху человек не ощущал персональной ответственности за свои поступки. Мотивы и формы поведения оправдывались влиянием духов, а определялись указаниями главы рода и жреца-священника как носителей соответствующей духовной традиции. Человеком управляли предки и духи. На них перелагалась и ответственность за деяния человеческие перед своими богами и другими родами.
Помните речение короля в «Обыкновенном чуде» Е. Шварца?
«Король. Я страшный человек!
Хозяин (радостно). Ну да?
Король. Очень страшный. Я тиран!
Хозяин. Ха-ха-ха!
Король. Деспот. А кроме того, я коварен, злопамятен, капризен.
Хозяин. Вот видишь? Что я тебе говорил, жена?
Король. И самое обидное, что не я в этом виноват…
Хозяин. А кто же?
