— Устроить поломку двигателя.
— Значит, этот ваш агент — механик?
Еще пара кивков.
— Он проходит внутрь чинить двигатель, затевает пожар, и вы нападаете на оружейный трюм.
— Да, — подтвердил Эстебан.
— Не самый плохой план, — заметил Джо.
— Спасибо.
— Не надо меня благодарить. Не самый плохой, но и не самый хороший. Когда вы собираетесь это провернуть?
— Сегодня вечером, — ответил Эстебан. — В десять. Луна будет тусклая.
— Идеально было бы сделать это среди ночи, часа в три, — произнес Джо. — Почти все будут спать. Не надо будет опасаться всяких отважных героев, да и свидетелей меньше. По-моему, только тогда у вашего человечка будет шанс удрать с корабля. — Он сцепил руки за головой, еще немного подумал. — Этот ваш механик — он кубинец?
— Да.
— Насколько темный?
Эстебан начал:
— Я не понимаю, зачем…
— Кожа у него — скорее как у вас или как у нее?
— У него очень светлая кожа.
— Значит, может сойти за испанца.
Эстебан переглянулся с Грасиэлой, снова посмотрел на Джо:
— Разумеется.
— А почему это так важно? — поинтересовалась Грасиэла.
— Потому что после того, что мы собираемся сделать с кораблем Военно-морского флота США, они его запомнят. И будут за ним охотиться.
— А что мы собираемся сделать с кораблем Военно-морского флота США?
— Для начала — пробить в этом корабле дырку.
Бомба, которую они из-под полы приобрели у одного анархиста, пообещав заплатить ему в ближайшее время, представляла собой не просто ящик с гвоздями и стальными шайбами. О нет, это был куда более сложный и точный прибор. Или, по крайней мере, так их заверили.
Один из барменов в бутлегерской забегаловке Пескаторе на Сентрал-авеню Сент-Питерсберга, по имени Шелдон Будр, между тридцатью и сорока годами немало времени потратил, обезвреживая бомбы для морской пехоты. В пятнадцатом году, в Порт-о-Пренсе, во время оккупации Гаити, он потерял ногу из-за неполадок в аппаратуре связи, и его это до сих пор злило. Он соорудил для них настоящую конфетку, а не взрывное устройство: стальной ящичек размером с коробку для детской обуви. Будр сообщил им, что начинил ее шарикоподшипниками, круглыми дверными ручками из латуни, а также порохом — в количестве, которого хватило бы на то, чтобы прорыть туннель в монументе Вашингтона.
— Убедитесь, что вы ее заложили строго под двигатель. — Шелдон слегка подтолкнул к ним по стойке бомбу в оберточной бумаге.
— Мы пытаемся не просто взорвать двигатель, — заметил Джо. — Мы хотим повредить корпус.
Шелдон, не отрывая взгляда от стойки и двигая губой, втянул воздух через верхний ряд своих искусственных зубов. Джо понял, что глубоко оскорбил его. Он стал ждать, пока тот не ответит.
— А что, по-вашему, случится, — наконец произнес Шелдон, — когда двигатель размером со «студебекер» взорвется, пролетит сквозь борт корабля и плюхнется в бухту Хиллсборо?
— Но мы не хотим взрывать весь порт, — напомнил ему Дион.
— В этом ее прелесть. — Шелдон похлопал по свертку. — Направленное действие. Осколки не разлетаются во все стороны. Просто вам лучше не становиться прямо перед ней, когда она рванет.
