возможности посвятить себя этому, или чему-то другому, – ответил я. Она грустно улыбнулась.
– Может когда-то, – сказала она, пожимая плечами. Я подарил ей в ответ маленькую улыбку. Я уверен, этого «когда-то» не будет, но не хотел ей этого говорить, пусть продолжает верить.
Декларация независимости ИЛИ Чувства без названия. Глава 37. Продолжение
Она болтала какое-то время об Эдварде и фортепиано, прежде чем перевести разговор на других мальчиков. Я улыбался и слушал, зная, что мы приближаемся к резиденции Свонов, и она начинает нервничать, разговор помогал ей отвлечься.
Я сбросил скорость, когда мы выехали на небольшую дорогу в пустыне, ведущую к собственности Свонов. Элизабет напряглась, когда я свернул, ее речь иссякла. Я протянул руку и положил ей на колено, легко его сжимая.
– Расслабься, хорошо? Ничего страшного. Я постараюсь все сделать максимально быстро, и ты больше сюда не вернешься, – сказал я. Она вздохнула и кивнула, но напряжение не спало.
Я ехал по длинной подъездной аллее с маленькой скоростью, дорога была ухабистой, и я не хотел повредить взятую напрокат машину. Дом появился в поле зрения и глаза Элизабет расширились, ее нога задрожала под моей рукой. Она нервничала и волновалась, я хотел сказать ей, что нет повода для волнения, но знал, что слова не помогут. Ей будет некомфортно вне зависимости от того, что я скажу. Я подъехал к парадному входу и заглушил двигатель, вынимая ключи. Оглянувшись на Элизабет, я заметил, как она, с мрачным предчувствием во взгляде, смотрит в окно.
– Готова? – спросил я. Она вздохнула и отрицательно покачала головой.
– В той мере, в которой всегда буду, Карлайл, – мягко ответила она, голос дрожал. Я кивнул и, поколебавшись, вылез из автомобиля. Я обошел машину и открыл дверь для нее. Протянул ей руку, и она аккуратно ее взяла. Я помог ей выбраться из машины и, захлопнув за ней дверь, переплел наши пальцы. Я повел ее ко входу и ощутил, как она слегка сопротивляется, когда мы подошли к ступеням. – Могу я… э-э… можно подождать минутку? – мягко спросила она. Я вздохнул и кивнул.
– Конечно, можешь, Лиззи. Сколько нужно, – ответил я. Она тепло улыбнулась.
– Спасибо. Сам ты можешь идти, – сказала она. Я поколебался, но она кивнула, заверяя, что все хорошо. Я кивнул в ответ и отпустил ее руку, медленно поднимаясь по ступеням к входной двери. Я тихо постучал и сделал глубокий вдох, не желая тут быть. Никто не ответил, поэтому я поднял руку и постучал еще раз. Почти тут же позади меня раздался пронзительный вскрик, почти визг. Я резко обернулся и увидел хилую маленькую темноволосую девочку, которая бежала прямо на Элизабет. Она была совсем крошечной, невысокой, и тощей, как щепка. Волосы тусклые, а грязи столько, что и словами не опишешь, сама грязная и в грязной одежде. Элизабет услышала шум и развернулась, ее глаза расширились от шока, когда она заметила ребенка. Элизабет замерла на месте и тут девочка похоже заметила ее у себя на пути, как раз в тот момент, когда в нее врезалась. Элизабет отступила на несколько шагов, а девочка отлетела и упала прямо на попу. Элизабет моргнула несколько раз, девочка сконфуженно смотрела на нее. Она задрала наверх свой маленький, запачканный грязью носик, пока разглядывала мою жену, ее брови нахмурились. Она смотрела с интересом, внимательно изучая лицо жены. Элизабет смотрела в ответ, в чертах лица
