очевидно, он профессионал и лучше знает, что делать.
Я снова задремала, и его возвращение было для меня неожиданностью. Он смыл пасту с лица и улыбнулся.
– Как ощущения? – спросил он.
Я вздохнула и улыбнулась, поражаясь, как хорошо я себя чувствовала.
– Замечательно, спасибо вам, – сказала я.
Его улыбка стала шире.
– Ты довольно красивая девушка, ты должна за собой ухаживать, но, господи, твоя кожа безукоризненна, – сказал он.
Я ослепительно улыбнулась на его комплимент, я не привыкла слышать такое от незнакомцев.
– Спасибо, – поблагодарила я.
Он отодвинулся от меня, усмехаясь.
– Не благодари, миленькая, я уже позеленел от зависти. Я бы убил за хорошую кожу, – сказал он, заливаясь смехом. – Мы почти закончили, осталась только восковая эпиляция. Я постараюсь сделать это как можно менее болезненно.
Напрягшись, я посмотрела на него.
– Это больно? – нерешительно уточнила я.
Он улыбнулся и пожал плечами.
– Может, немного, – сказал он. – Мы же убираем все волосы с твоих прелестей, лапочка, это и не должно быть очень приятно, понимаешь?
Я сконфуженно уставилась на него.
– Прелестей? – спросила я, приподнимая бровь.
– Ну да. Твоя медовая впадина? Горячий кармашек? – сказал он.
Я продолжала смотреть на него, еще больше удивляясь, потому что все это были кулинарные термины. Он захохотал.
– Твое добро. Ну, женские части.
Я резко выдохнула, и мои глаза расширились от изумления, когда я все поняла.
– Вы хотите убрать волосы оттуда? – спросила я.
Он снова засмеялся и кивнул.
– Да. Я же говорю, твои подружки бросили тебя, не объяснив. Обещаю, я постараюсь все облегчить. Сделаем это быстро, хорошо? – спросил он.
Я смотрела на него и раздумывала, сказать ли ему, что я не согласна, но раз я уже согласилась, и Эдварду это должно понравиться, я решилась.
– Хорошо, – сказала я.
Он улыбнулся.
– Замечательно. Ложись на спину и поставь ноги, как на приеме у гинеколога, – сказал он. Я кивнула, точно зная, о чем он – доктор Каллен подвергал меня этой процедуре. Он стянул полотенце, и я напряглась, когда он раздвинул мои ноги шире, полностью открывая меня. Я знала, что он не раз такое делал, что это его работа, и в этом нет ничего сексуального, но я не могла избавиться от естественной реакции. Я открылась этому странному мужчине, я так уязвима, он легко может меня ранить, у него есть преимущество надо мной, и я ничего не могу сделать. Сердце бешено забилось, и я крепко схватила руками полотенце, пытаясь успокоиться. Он беззаботно болтал, объясняя мне процедуру, и я резко выдохнула, когда он нанес теплый воск, а потом еще и еще, пока он не высох. Мне и прежде выдирали волосы, когда Джейн надо мной издевалась, но и я понятия не имела, как больно удалять волосы там, внизу. Я зажмурилась и не могла разобрать ни одного слова, которое мне говорили. Звук отзывался эхом у меня в голове, сердце бешено билось. Через мгновение я ощутила его руки и еще сильнее напряглась, снова и снова мысленно повторяя, что он безобиден, что со мной все будет хорошо. Понятия не имею, что именно он делал, и я не хотела открывать глаза, чтобы увидеть, просто надеялась на лучшее. Он положил что-то сверху воска, и по ощущениям я поняла, что это ткань. Он сказал что-то вроде «начнем» и резко отодрал
