Все кивнули в знак согласия, пожелав мне удачи. Элис сказала, что через несколько минут она разбудит Изабеллу, и они начнут собираться. Мне было почти дурно от того, что я оставляю ее с Элис на весь день, не дав ей никаких дополнительных инструкций, но я действительно хотел сделать сюрприз. Элис поведет ее привести себя в порядок, на маникюр и педикюр. Она также купила ей платье для сегодняшнего вечера, а после отведет ее к себе домой, чтобы подготовиться. Я уже озвучил некоторые основные правила: никаких радикальных перемен с ее волосами, и не перебарщивать с макияжем, и никаких, нахрен, акриловых ногтей. Изабелла вовсе не нуждается в подобной лаже, и я знал, что ей это, в любом случае, не понравится. Я сказал Элис, чтобы все было попроще, и что платье должно быть таким, какое выбрала бы сама Изабелла. Не кричащее, определенно не слишком короткое, и обувь должна быть на плоской подошве.
Да, я был требовательным к Элис и, возможно, это нехорошо, так как она делала мне одолжение, но мне было все равно. Я мог планировать все так, как хотел, и преуспел в этом, а ночь станет полной катастрофой, если Изабелла вывернет лодыжку, пытаясь ходить на нелепых каблуках, которые напялит на нее Элис.
Я схватил ноутбук и пакет Элис, валявшийся у входной двери, и, выскользнув на улицу, направился прямо к «Вольво». Солнце, наконец, начало всходить, и, я знал, Изабелла и сама проснется в ближайшее время, если Элис не разбудит ее. Я завел машину, включил передачу и поехал к трассе, проскочил через Форкс и оказался на шоссе №101, ведущем в Порт-Анжелес. У меня были кое-какие дела, которые нужно закончить, и на это у меня было всего несколько часов, до того, как Элис приведет Изабеллу обратно в дом, и она встретится со мной.
Дороги были совершенно безлюдны, поскольку было еще очень рано, так что я смог добраться до Порт-Анжелеса достаточно быстро. Как только я оказался в городе, то свернул на примыкающую дорогу, и колесил по улочкам, пока в поле зрения не показалось величественное строение. Это был отель «Джордж Вашингтон Инн», прямо на берегу пролива Хуана де Фука. Он располагался на лужайке у подножия Олимпийских гор, поэтому у него были номера с видами и на воду, и на землю, и я знал, что Изабелле это понравится. Вид был великолепен, она оценит это, и еще – отель находился в отдалении от всего, так что нам не нужно было беспокоиться о других людях, которые могли бы слоняться неподалеку. Я звонил им несколько дней назад, практически, черт возьми, умоляя их предоставить мне номер на сегодняшний вечер, и сперва они меня проигнорировали, но, в конце концов, уступили, когда я предложил им до хера денег. Да, я снял весь этот гребаный отель на всю ночь… и можете подавать на меня в суд.
Я поставил машину перед огромным белым особняком и вылез, оглядываясь вокруг. Солнце, наконец, окончательно взошло и заливало светом лужайку. На краю лужайки, среди деревьев, показались несколько оленей. Около минуты я смотрел на них, думая, что они, должны быть, декоративные, пока один из них не шевельнулся и не сделал несколько шагов вперед, в моем направлении. Мои глаза от удивления расширились, и я смотрел по сторонам, пребывая в долбаном оцепенении, мне казалось, что я очутился в каком-то проклятом диснеевском мультфильме или другом подобном дерьме, а животные вышли поприветствовать меня. По тому, как он смотрел на меня, я почти ждал, что этот ублюдок заговорит со мной, и чуть было не поддался желанию выхватить из-под сиденья свой пистолет – на случай, если он так и поступит. Это было нереально, и я должен был посмеяться над собой, потому что из-за этого выглядел чертовски нелепо. Я постоянно встречал оленей возле нашего дома, но то, что я оказался здесь и увидел их, таких вальяжных, на лужайке возле отеля, показалось мне совсем иным. Это было странно, если не сказать больше.
Через секунду я услышал прямо позади себя чье-то покашливание, повернул голову в сторону особняка и увидел женщину возраста моего отца, стоявшую у входной двери. Она улыбнулась мне и представилась хозяйкой. Я немного польстил ей, будучи чертовски благодарным за то, что она уступила и позволила мне арендовать отель, а она предложила мне войти внутрь, чтобы мы могли заняться делами. Я достал из машины сумку и ноутбук, и двинулся внутрь, где тотчас же в углу обнаружил рояль. Он был не так хорош, как мой, но его хватило бы на ночь. Она села за стол, а я вытащил тридцать стодолларовых банкнот и протянул ей три тысячи, на которые мы условились. Когда она взяла их у меня, в ее глазах я увидел
