Когда прошел уже, казалось, целый час, я купил какую-то херню, которая выглядела слишком большой, чтобы быть использованной для пикников. Но мне полагались очки хотя бы за то, что я попытался, даже если и выбрал не то, что нужно.
После того, как заплатил за корзину, я снова просмотрел весь свой список, замерев, когда наткнулся на пункт «одеяло для пикника». Целую минуту я таращился на слово «пикник», вдруг, блядь, пожелав, чтобы я решил просто сводить ее в какой-нибудь дурацкий ресторан в Сиэтле: выпить, поужинать, как все остальные мудаки поступили этим вечером со своими подругами.
Я знать не знал, что за хрень такая на самом деле было это одеяло для пикника, но я представлял себе какое-то красное одеяло в белую клетку, какие я видел в мультфильмах, когда был маленьким. Ну, вы знаете, что я имею ввиду – мульты с долбаными муравьедами и муравьями, таскающими чертову еду? От одной мысли об этом стресс еще больше усиливался, потому что я даже не подумал о букашках. Если мухи или муравьи, или пчелы вторгнутся в наш гребаный пикник, что я должен буду с этим сделать?
Я быстренько прошелся по списку, не найдя ничего, что выглядело, как средство против насекомых, и полез в карман, чтобы выхватить оттуда телефон. Я открыл его щелчком и, сразу же найдя имя Элис, раздраженно выдохнул. Телефон набирал номер, а я ждал с нетерпением.
– Да, – робко сказала она, как только ответила после, казалось, миллионного долбаного звонка.
Я застонал и сжал пальцами переносицу, почти ткнув себе в чертов глаз своим списком. Да, этот день определенно катился в ад.
– Что, блядь, я должен буду сделать, когда муравьи попытаются украсть мою сраную еду, Элис? – спросил я.
Секунду она не отвечала, но, наконец, хихикнула, чем очень расстроила меня, потому что этот вопрос был совсем даже не смешным. Это было чертовски серьезно.
– Я не нахожу эту херню смешной, Элис. И что за фуфло это одеяло для пикника?
Она продолжала смеяться, и я застонал, опустив трубку, потому что был раздражен, а она не помогала мне. Я собрался положить телефон обратно в карман, но прежде, чем успел сделать это, он снова начал звонить. Вздохнув, я ответил на звонок.
– Что, ты, блядь, хочешь еще раз надо мной посмеяться? – выплюнул я, разозленный.
Я услышал, как она, смеясь, похрюкивает, но отчаянно пытается сдержать себя.
– Разве я не говорила тебе, Эдвард, расслабиться? Ты паришься из-за ничего. Насекомые не станут для тебя проблемой. И одеяло для пикника – это всего лишь одеяло, любое одеяло. Просто купи одеяло, – сказала она.
– Хорошо, спасибо, – пробормотал я, опуская трубку и засовывая ее в карман.
Я пошел в магазин и осмотрелся вокруг, решив купить первое сраное одеяло, которое увижу, но замер, когда красно-белая клетка привлекла мое внимание. Я вздохнул и покачал головой, так как прочитал слова «Одеяло для пикника», написанные на этикетке, прикрепленной к нему. И я расслабился.
Я схватил его, вместе с набором контейнеров, расплатившись за все это, пошел обратно в «Вольво» и бросил вещи на заднее сиденье. Я сел в машину и поехал через весь город в продуктовый магазин, направился внутрь и сграбастал одну из тех переносных корзин, которые расположены у внутренней двери. По крайней мере, я знал, что эта корзина не была ублюдочной корзинкой для пикника.
Я быстро прошел через магазин, к счастью, теперь уже имея немного опыта посещения этого дерьма с Изабеллой, и сгреб все, что Элис записала для меня на бумажке. Я потащил это к выходу, чтобы заплатить за него, и взял с витрины пару упаковок «Тоблерона». Был долбаный день Святого Валентина, и люди покупали шоколад по этому случаю, так что, казалось, что, по крайней мере, это дерьмо имело смысл.
Я отнес сумку в машину и порулил через город, направляясь обратно к гостинице. Приехав туда, я вышел, захватив все свои вещи. Войдя внутрь, прошел мимо каких-то выезжающих постояльцев, кивая им в знак приветствия, и снова забежал к владелице. Она предложила помочь мне, а я отмахнулся от нее, сказав, что сам справлюсь, и она благодарно поспешила прочь. Я прошел на кухню, где достал корзину и
