представил, как эти ноги будут у моей головы, пока я буду ласкать ее, или как они будут заброшены мне на плечи, а я буду погружаться в ее тугую киску. Как напрягутся ее бедра, когда приблизится оргазм, как ноги начнут дрожать, пока я буду возносить ее на пик блаженства. У нее чертовски красивые ноги, такие ровные, мягкие и женственные, но в то же время бледные.
Я услышал, как Изабелла прочистила горло, и поднял глаза. Она улыбалась мне, ее глаза искрились. Да, она, на хер, хорошо меня знала; она точно понимала, что сейчас у меня на уме. Я ухмыльнулся, пожимая плечами.
– Не могу сдержаться, – сказал я.
Она засмеялась, качая головой.
– Ты такой гребаный извращенец, Каллен, – сказал Розали, выходя из ванной.
На ней было желто-голубое платье, до неприличия короткое. Я покачал головой.
– Какая разница, распутница. Я просто ценю то совершенство, которое вижу, – сказал я. Изабелла покраснела, а Элис произнесла громкое «а-у-у» у меня за спиной. Я хихикнул, и Розали закатила глаза.
– Donnaiolo (7), – сказала Роуз, проходя мимо меня и нарочно толкая.
Я сухо хихикнул, развернувшись к ней и глядя вслед.
– Bagascia (8), – крикнул я.
Она показала средний палец и удалилась за дверью. Элис коротко улыбнулась нам, прежде чем исчезнуть вслед за Розали. Я повернулся к Изабелле, криво улыбаясь и снова путешествуя глазами по ее телу.
– Думаю, мне пора собираться, – сказал я.
Она кивнула, а я оглянулся на кровать, замечая штаны цвета хаки и наглаженную рубашку, которую положила туда Элис. Было чертовски нелепо и мило, что она взяла на себя обязанность готовить мне одежду для специальных случаев, как вот сейчас. В это вся Элис; она делает это для всех нас.
Я пошел в ванную, быстро принял душ, чтобы освежиться, и вернулся в спальню с полотенцем вокруг талии. Изабелла лежала на кровати на животе, юбка задралась так высоко, что я почти видел ее трусики. Я ухмыльнулся и подошел ближе, садясь рядом. Я погладил ее бедро, приподнимая юбку еще выше. Она повернула голову и скосила на меня глаза, пока я сжимал ее ягодицы.
– Хочешь развлечься, tesoro? – спросил я, приподнимая бровь.
Ее глаза слегка расширились от моего вопроса.
– Сейчас? – уточнила она.
Я кивнул, скользнув рукой между ее ног, проникая пальцами под трусики. Она резко выдохнула, когда я пробежался рукой по ее складочкам к клитору. Она резко села. Я убрал руку и нахмурился.
– Эдвард, сейчас мы не можем, – тихо сказала она.
– Почему? – спросил я. – У нас есть немного времени.
У нас оставалось не менее двадцати минут, прежде чем нас начнут искать, а этого мне с лихвой достаточно, чтобы она кончила, и даже не раз.
– Но они будут знать, – нервно проговорила она. – Они поймут…
Я нахмурился и уставился на нее, раздумывая. Я наблюдал, как она покраснела и хихикнул.
– Да, на наших лицах все будет написано, – сказал я, поднимая руку и поглаживая ее по теплой щеке. – Тогда я пошел одеваться, – сказал я, поднимаясь с кровати.
– Хорошо, – тихо ответила она, не сводя с меня глаз.
Я снял полотенце и бросил на пол, подходя к ящику с бельем за боксерами. Когда я достал их, то повернулся к Изабелле, замечая, что она стала еще краснее, пока наблюдала за мной. Я захихикал, покачивая головой.
– Ты уже столько раз видела меня обнаженным, что должна привыкнуть, – сказал я. Каждый раз у нее была одна и та же стыдливая реакция.
– Я никогда не привыкну, – сказала она, не отрывая от меня глаз. – Как ты сказал? Я наслаждаюсь совершенством, когда смотрю?
