отсюда. Так что нам повезло, учитывая, что это бандитский район. Помните, парни, держитесь поближе.
– А какие там проблемы? — спросил воин с факелом, который давно усвоил, что чем больше знаешь, тем верней выживешь.
Импровизируя с блеском, который оценить полностью смог бы только подобный ему лжец, Ниборморо сказал доверительно:
– Идут слухи, парни, что у варвара где-то в городе сообщник. Может ли он нанести больший ущерб самому дорогому для нас, чем напасть на храм? Вы ведь ходите в храм раз в неделю, правда?
– По меньшей мере!
– Иногда дважды, — добавил другой с праведным видом, — когда я могу это себе позволить:
– Тогда быстрее!
Подгоняемые религиозным рвением или просто опасением дольше оставаться в неуютной темноте, трое ускорили шаги по направлению к храму.
Маленькая комната для приемов оказалась пустой, и столовая за ней тоже. Из столовой двое слуг умчались на кухню после одного взгляда на Ганнибала Форчуна. Агент зашел на кухню и не был впечатлен ни кулинарным оборудованием, ни дрожащей обслугой при нем. Кронос явно не был гурманом, иначе он никогда бы не смирился с таким примитивным и довольно грязным местом приготовления пищи.
Залы, которые они проходили, были полны статуй и картин, но не давали ответа на вопрос, где Кронос. Пыль в некоторых из них лежала толстым слоем.
– Вот что бывает, когда царь — холостяк, — пробормотал Форчун.
Готовый к бою, он был раздосадован безлюдьем. Если это показатель его популярности, то Форчун не допустил бы тут свободных выборов.
– Давай тогда наверх, — сказал он Норни, которая пыталась не отстать от него.
Она показала назад:
– Лестница там. Надо вернуться.
Кивнув, Форчун повернулся, и они отправились в обратном направлении.
– Как он расколол меня? — недоумевающе спросила Норни. — Я одурачила всех остальных, даже сестер в храме. Что я сделала не так?
Форчун усмехнулся:
– Кажется странным после всех рассказов об интригах, что ты не догадалась! Илни была вовлечена в заговор — явно, чтобы отобрать трон. И когда ты не узнала главного заговорщика…
– Вот как! — фыркнула Норни. — Она была даже еще хуже, чем я думала.
Форчун подавил смешок. Час назад она хладнокровно убила свою сестру, а сейчас изображает праведный гнев. Она была так же лишена предрассудков, как и Уэбли.
Ну где же этот бессовестный негодяй? Может, пришло время обеда и симбионт решил захватить пивоварню? Он чувствовал бы себя гораздо лучше, если бы на плечах был его партнер.
Лестница была темной, только ее вершина виднелась в слабых красных отсветах из окна!
– Встань за мной, — распорядился Ганнибал, — и двигайся тихо, как только можешь.
Он выпустил ее руку и придержал висящий меч, чтобы тот не стукался ни обо что, выставил кинжал перед собой, положив палец на спусковой крючок. Они двинулись вверх по лестнице, прислушиваясь к малейшему шороху.
Не всем, кто отправился за подкреплением, повезло так, как капитану Ниборморо. Меньше чем минуту спустя после того, как этот речистый достойный храбрец отправился куда глаза глядят, другой вскочил в седло и поскакал в гарнизон. Он не добрался, путь преградила возбужденная толпа. Несколько человек быстренько его спешили, перерезали горло и избавили тело от всего мало-мальски ценного, продолжая распевать гимн в честь Нодиесопа.
– Молодцы, парни! — проорал Лландро, заметив, что его люди начали обезвреживать воинов из дворцовой стражи, но тут же замедлил шаг, услышав, как один из его приспешников выдвинул ужасное предложение:
– Герой, убивший Р'кагна, не должен идти пешком!
