темных… Что там еще?
— Госпожа, вы говорили насчет моего наказания. — Напомнил о своем присутствии Энгер. Кажется, этот темный хотел знать свою судьбу прямо сейчас.
— Да. И я собираюсь с этим что-то делать. — Устало пробормотала Миша, выходя из зала и направляясь по коридору.
— Ты лишишь его крови? — Усмехнулся Дракон.
— Нет. — Этот ответ прозвучал неожиданно. — Его наказанием будет боль.
— Госпожа? — Голос Дэймоса звучал недоуменно. Все-таки она еще никогда не прибегала к помощи орудия пыток. Что-то изменилось?
— И этим займешься ты. — Добавила Михаэль, выходя во двор. — Строй портал, Дракон. Мы возвращаемся домой.
16 глава
Это слово «домой»… непривычное и далекое, оно раздалось нежной мелодией в его голове.
Дом? Разве это теперь про него? С некоторых пор на это слово наложено табу: дом остался там, в недоступном прошлом, за тысячи лиг от его нынешнего места пребывания.
Энгер следил за тем, как Дэймос быстро строит портал, как галантно подает руку своей госпоже. Его новой госпоже…
Какая нелепость. Он никогда не был согласен с людьми и оракулом, но тут они, черт их дери, правы: чтобы у одного человека было два темных в подчинении?
Судьба в последнее время выделывает какие-то странные и порой пугающие пируэты.
— Все хорошо, Сэлли. — Михаэль прошла к служанке, льющей слезы над погибшим палисадником. — Мы посадим новые. Я думаю на этот раз выберем сорт Нил Блю.
— Конечно, госпожа. — Всхлипнула Сэлли, провожая взглядом свою повелительницу, за которой неслышно и плавно проследовал Дэймос. Рядом с ним шел утренний гость, облаченный в черное. И Сэлли действительно показалось, что стоило ему пройти мимо, как ее обдало холодом.
Процессия не воспользовалась главным входом, обходя дом, направляясь на задний двор.
Остановившись напротив тяжелой кованной двери, ведущей в подвал, Михаэль поежилась, запахивая ворот кителя.
— Открывай. — Кивнула она Дракону, все еще пытаясь свыкнуться с мыслью, что наказание в данном случае обязательно, и его не избежать Энгеру, даже если Ворон невиновен.
Трудно было свыкнуться еще с одной мыслью, и так уже на протяжении трех месяцев: в ее подвале была отличная камера пыток. Да, стоило задуматься, как тут любил развлекаться прошлый хозяин. И это место ее пугало настолько, что Миша просто повелела запечатать вход в подвал. И она правда думала, что это навсегда, что ей не придется больше спуститься вниз, по этим крутым ступеням, нащупывая во мраке холодную стену…
— Дракон. Ты хорошо видишь в темноте?
— Как и все темные. — Последовал ответ.
— Я это к тому, что я темным не являюсь. Устрой мне свет. — Пробормотала она, уже через секунду зажмурившись от света, который резанул глаза.
Факелы. Тут не было свеч. Закоптившиеся стены, выложенные серым камнем, были усеяны факелами.
— Госпожа будет наказывать меня. — Усмехнулся нервно Энгер, идя следом.
— Не я, а Дракон. — Поправила Миша, осторожно спускаясь. — Прости, Энгер, но ты должен быть наказан.
— Я должен вас простить? Я слуга. Я подчиняюсь вашей воле.
— Воля… черт, ты должен знать: я не считаю тебя виноватым. И кстати, в этом доме принято разговаривать со мной на «ты».
— Мне нравятся правила этого дома. — Послышался смешок за ее спиной.
Только спустя пять нервных минут, Михаэль толкнула деревянную шаткую дверь, неохотно проходя в зал, так же освещенный факелами. И она не стала, как то было в первый раз, когда она только обнаружила эту комнату скорби, рассматривать все эти столы, цепи, наручники, дыбы, растяжки и многочисленные полки со всевозможными приспособлениями, способными без труда вырвать крик из глотки. Становиться дурно, если всерьез задуматься над тем, сколько крови впитали в себя камень и дерево этой комнаты и сколько молитв о пощаде услышали эти стены. Кажется, сам воздух здесь звенел
