— Могу сказать, что привлекать можно любые источники — как правительственные, так и образовательные фонды. Но Дадли каждый год стоило большого труда утвердить бюджет. К счастью, он очень настойчивый и способный администратор. Ему удалось преодолеть немало препятствий, и посмотрите, каков результат.
— Да, конечно. Можно сказать, что один маленький человек боролся с целой вселенной.
— Я бы не стала так преувеличивать. Ему не приходилось ни с кем бороться, просто астрономия в наши дни не является самой популярной наукой. Ну, теперь все переменится. На курсе Дадли в следующем академическом году пожелали обучаться более восьми тысяч кандидатов.
— Как я понимаю, вы не в состоянии принять всех?
— К несчастью, нет. Чтобы довести факультет до высшего стандарта Содружества, потребуется немало времени. Кроме того, Дадли, возможно, будет привлечен к миссии «Второго шанса».
— Вот как?
— Иначе и быть не может, — решительно заявила она. — Ведь он же первооткрыватель. Наблюдению за Парой Дайсона он посвятил годы жизни, и эта настойчивость сделала его первым экспертом по данному вопросу во всем Содружестве. Было бы странно, если бы его не пригласили в научную группу, не так ли?
— Полагаю, что так. А капитан Кайм еще не приглашал его присоединиться к экипажу?
— Еще нет.
— Согласен с вами, это лишь вопрос времени. Но меня больше интересует история отношений Дадли и факультета астрономии в университете. Уверен, вы скромничаете, и на самом деле ему приходилось вести героическую борьбу — борьбу за признание, борьбу за средства, и так год за годом. Именно так представляется мне личность вашего супруга.
— Я очень горжусь им.
— Вы не могли бы назвать мне кого-нибудь из его прошлых спонсоров? К примеру, какой-нибудь образовательный фонд, оказавший поддержку финансами или техническими ресурсами.
— Пожалуйста. Это и «Первый прогресс» Франктона, и фонд «Перспектива» с Сент-Джеймса, и Кинсфордский институт поддержки чистой науки — все они предоставили весьма значительные вклады, но самое значительное единовременное пожертвование поступило от благотворительного общества «Кокс», базирующегося на Земле.
— Удивительно, что земная благотворительная организация поддерживает ученых здесь.
— Я уверена, они оказывают помощь фундаментальным исследованиям в университетах по всему Содружеству.
— И как долго руководство «Кокса» оказывает поддержку факультету вашего мужа?
— Одиннадцать лет — как раз с тех пор, как мы здесь обосновались.
— А кто они такие?
— Кто?
— Руководители этой благотворительной организации?
— Я не знаю. Все общение шло через унисферу. Они никогда не посещали нас. Думаю, наш факультет для них всего лишь один из тысяч проектов.
— И даже сегодня их не было?
— Нет, боюсь, что нет. Как говорится, стоит ли ехать в такую даль ради бутерброда и бокала вина.
— Ну хорошо. А что же заставило профессора Боуза выбрать для наблюдения Пару Дайсона?
— Расстояние. Гралмонд расположен очень удачно для наблюдения за окутыванием, хоть никто и не ожидал, что оно станет таким драматичным событием.
— А может, он ради этого и выбрал Гралмонд? Профессор и раньше интересовался Парой Дайсона?
— Нет, не особенно. Он ведь занимается исключительно астрономией, а окутывание хоть и удивительное, но не естественное явление.
— Значит, он начал наблюдение после своего приезда сюда?
— Да.
— А что на это сказали в руководстве университета?
— Ничего. Дадли сам вправе выбирать объекты изучения для своего факультета.
— А спонсоры? У них тоже не было возражений? Это ведь, как правило, организации, занимающиеся чистой наукой.
— Брэд, вы что, ищете какой-нибудь скандал?
— О небо, нет, конечно! Я давным-давно не работаю с любителями навоза вроде шоу Барон. Я просто хочу узнать историю. Чтобы создать хорошую статью, необходимо знать все истоки. Все это не обязательно будет использовано, но детали придают материалу достоверность. Извините, я начал читать лекции. Я уже много лет занимаюсь этой работой.
