— Это еще не лекция. Вот если бы вы прожили какое-то время с Дадли, вы бы узнали, что такое настоящая лекция. «Черт! Не слишком ли горько прозвучало?»
— Конечно. Итак, что же сказали спонсоры?
— Они оказали поддержку, особенно «Кокс». В сущности, Пара Дайсона фигурировала в контракте на пожертвование, они хотели, чтобы наблюдение велось до самого конца.
— Они знали?
На долю секунды Венди почудилось, что его продолговатое лицо вспыхнуло торжеством. Это было очень странно. Она считала, что давно живущие люди более сдержанны в своих эмоциях.
— Это так важно?
— Нет, ничуть, — ответил он с вежливой улыбкой, более соответствующей его изысканному облику.
Затем он с самым доверительным видом слегка наклонился к ней:
— А теперь скажите, как ко всему этому отнесся декан? Вероятно, он был потрясен, когда один из его профессоров стал самым знаменитым ученым Содружества?
Венди скромно опустила взгляд на свой бокал.
— Этого я не могу сказать.
— Что ж, ладно, стоило хотя бы попробовать. Я должен поблагодарить вас за то, что в такой день вы уделили мне время для беседы.
— Это все?
— Да. — Он вежливо склонил голову, а затем поднял палец. — Еще одно: когда увидите Паулу, передайте, пожалуйста, от меня, чтобы она перестала концентрировать внимание на деталях. Значение имеет лишь общая картина.
— Не понимаю. Я не знакома ни с одной Паулой.
Он усмехнулся.
— Скоро познакомитесь.
С этими словами мужчина шагнул в толпу гостей, оставив Венди удивленно смотреть ему вслед. Его непонятное послание не только смутило, но и слегка рассердило ее.
С начала приема прошло два часа, когда эл-дворецкий сообщил Дадли, что его вызывает полиция.
— Ты шутишь! — воскликнул Дадли.
— Нет, ничуть. Приехали две патрульные машины. Ваш сосед вызвал их, заметив незнакомого мужчину, выходящего из вашего дома.
— А что говорит домовая система?
— Домовая система, по-видимому, вышла из строя.
— Черт бы ее побрал!
— Вы приедете? Полицейские говорят, что дело серьезное.
— Приеду, приеду!
И вот ему пришлось прервать беседу с председателем острова Орфея, который предлагал серьезное спонсорское соглашение относительно оборудования обсерватории — вероятно, распространявшееся и на «Второй шанс», — отдать бокал с вином хорошенькой официантке, улыбающейся и знавшей его имя, а потом бродить по холлу и разыскивать Венди. То обстоятельство, что она тоже искала его, ничуть не помогло. Они оба решили не прощаться с деканом.
«Карлтон» довез их до дома. Дадли, развалившись на своем сиденье, осознал, как сильно он напился. Но вино было отличным, а официанты то и дело наполняли бокал. Венди, глядя, как он с излишней осторожностью выбирается из машины, наградила его неодобрительным взглядом.
У двери их двухэтажного дома супругов поджидал констебль Брамптон. Как и у всех в этом жилом микрорайоне, темно-зеленая входная дверь была сделана из местного дерева, оправленного в раму из углеродистой стали. Окна были выкрашены белой краской, а стекла переведены в режим полной непрозрачности. При приближении Боузов полицейский небрежно отсалютовал.
— Видимых повреждений не обнаружено, — доложил он. — Но нам необходимо, чтобы вы вошли и посмотрели, все ли на месте.
Венди с любопытством заглянула в открытую дверь.
— А вы уверены, что они ушли?
— Да, мэм. Мы все тщательно проверили. Внутри нет никого, кроме наших людей.
Он жестом пригласил их войти.
Дадли не заметил никаких следов ограбления: ни разбитых вещей, ни опрокинутой мебели. Единственное, что его озадачило, — это отсутствие отклика от домовой системы.
