— Одежда — твоя проблема, меня это не касается, — сказал один из охранников, толкая его в спину ружьем.
Остальные выстроились рядом с Максом, который начал оценивать их как возможных союзников.
Василий отчаянно метался между телами под смех охранников.
— Мне нужна форма. Вы должны…
— Нет, — оборвал его капеллан, который, вероятно, специально взял себе не девять, а десять новых заключенных, намереваясь позабавиться. — Мы ничего не должны.
— Погодите! — закричал Василий. Он подошел к кучке адарейцев и указал на ближайшего из них. — Дайте мне форму вот этого свиночеловека. Я заслуживаю ее больше, чем он.
Возможно, ничего бы не произошло — Василий был новичком, последним из последних, не стоящим внимания, — но адареец сжал кулак.
Макс понял, что этот едва заметный жест перевесил чашу весов. Дьяконы не терпели ни малейшего намека на неповиновение от своих собратьев- заключенных, особенно от свинолюдей. Один из них, подбежав к адарейцу, ударил его по затылку; второй, подоспевший через мгновение, сломал несчастному колени трубой, и тот рухнул на землю. Охранники, угрожая оружием, отогнали прочь остальных инопланетян. Человек на вышке зазвонил в колокол и прицелился в избиваемого из снайперской винтовки.
В это время Василий топтался около охранников, отчаянно вопя:
— Давайте, не останавливайтесь, я один из вас, я человек!
Дьяконы оглянулись на капеллана, который, в свою очередь, пристально разглядывал Василия. Адареец, валявшийся в грязи, приподнялся, один из дьяконов пнул его, тогда лежащий схватил врага за ногу и отшвырнул прочь.
Не ожидая разрешения начальника, дьяконы навалились на адарейца, пиная и колотя его, давая выход ярости и раздражению от тысяч унижений, оскорблений и страхов.
Василий протиснулся между ними.
— Не испачкайте мою форму!
Дьяконы придавили полуживого адарейца к земле, а Василий схватил его за горло и принялся душить, пока тело не перестало биться.
Через несколько секунд дьяконы подтащили раздетого мертвеца к компостной яме и сбросили его вниз, а следом остальные девять трупов.
Капеллан прошел мимо строя заключенных и остановился около Василия. Платок, торчавший из его кармана, по цвету напоминал бледно-оранжевую лагерную форму.
— Что это ты сейчас сделал?
— То, что было необходимо, сэр.
— Больше без моего разрешения ты так делать не будешь. Тебе ясно?
— Так точно, сэр.
— Тогда мы поладим, — ответил капеллан, обернулся к клерку — заключенному, державшему в руках древний портативный компьютер, — и приказал: — Внести в список десять новых заключенных, отметить девять беглых и один выброшенный кусок дерьма.
Он двинулся дальше, на несколько секунд останавливаясь перед каждым новичком, словно ища что-то. По-видимому, он нашел это «что-то» в Максе, потому что остановился, пристально оглядел его и сунул руки в карманы.
— Ты, — медленно произнес он, — уже выглядишь, как труп.
— Это была моя кличка на космическом флоте, сэр, — ответил Макс, глядя прямо перед собой, мимо скрытых за очками глаз. — Я всегда так выгляжу, сэр.
Последовала долгая пауза, затем капеллан пощелкал языком и обернулся к дьякону с компьютером.
— Помоги мне припомнить кое-что. Разве я задавал ему какой-то вопрос?
— Нет, сэр, не задавали.
— И, несмотря на это, он ко мне обратился, так?
— Да, сэр, именно так.
Макс выругался про себя. Демонстрация силы продолжалась. Он угадал, как вести себя во время эпизода с формой, но сейчас ошибся. Теперь оставалось лишь склонить голову, принять наказание и постараться вытерпеть его.
Капеллан снова цокнул языком, наклонился и взглянул Максу прямо в лицо. От него воняло луком и гнилыми зубами.
— Вон в той группе, — он кивнул в сторону адарейцев, — не хватает одного. Ты займешь его место.
Макс медлил. Вступление в команду адарейцев было равносильно смертному приговору, только смерть была медленной. Однако неповиновение начальнику лагеря здесь и сейчас означало смерть мгновенную.
Развернувшись на каблуках, он быстро направился к группе адарейцев; охранники и дьяконы засмеялись ему вслед, а капеллан приказал остальным девяти новоприбывшим присоединиться к командам в основном лагере.
