Судьбы наших детей

вычислить с такой же точностью, как появление кометы Галлея. Они появлялись на Марсе каждые сто одиннадцать дней.

Дальше в письме к Дядьке было: 155) Как говорит Стоуни, этот малый со своим псом показывается на собраниях и сразу захватывает инициативу. Он очень симпатичный парень, и к концу собрания все стремятся думать так же, как он. От него исходят все идеи. Он знай себе улыбается и улыбается, поет и поет своим прекрасным голосом и наделяет всех новыми мыслями. Потом все распространяют эти мысли как свои собственные. Он просто помешан на немецкой лапте. Никто не знает, как его зовут. Он только смеется, когда его об этом спрашивают. Обычно он носит форму морской пехоты, но подлинные командиры морской пехоты клянутся, что нигде, кроме как на собраниях, его не встречали.

156) Дядька, старина, — говорило Дядьке письмо, — каждый раз, как вы со Стоуни находите что-то новое, вписывай все в это письмо и хорошенько его прячь. И каждый раз, меняя тайник для письма, сообщай об этом Стоуни. Таким образом, даже если тебя отправят в лечебницу, чтобы очистить твою память, Стоуни скажет тебе потом, как обрести ее вновь.

157) Дядька, знаешь, почему ты еще держишься? Потому, что у тебя есть жена и ребенок. Почти никто на Марсе не имеет семьи. Твою жену зовут Би. Она — инструктор в Школе шлимановского дыхания, в Фебе. Твоего сына зовут Хронос. Он живет и учится в начальной школе в Фебе. По словам Стоуни Стивенсона, Хронос — лучший на всю школу игрок в немецкую лапту. Как и все на Марсе, Би и Хронос привыкли жить одни. Они по тебе не скучают. Твоя задача — доказать, что ты им необходим.

158) Дядька, скотина сумасшедшая, я люблю тебя. Ты замечательный парень. Когда твоя маленькая семья будет в сборе, угони космический корабль и отправься в какое-нибудь мирное и красивое место, где не нужно глотать шарики, чтобы выжить. Прихвати с собой Стоуни. А когда обживетесь, попробуйте докопаться — кто и зачем все это выдумал.

Все, что оставалось Дядьке, — это прочесть подпись.

Подпись была на отдельном листе.

Прежде чем перевернуть страницу, Дядька попытался представить себе внешность и характер автора письма. Это бесстрашный человек. Он так любит правду, что готов подвергнуться любой боли, лишь бы пополнить свою копилку истины. Он благороднее Дядьки и Стоуни. Он наблюдает за обоими с любовью, удивлением и сочувствием.

Дядька вообразил себе автора письма необыкновенным старцем могучего сложения, с белой бородой.

Потом перевернул страницу и прочитал подпись.

Искренне твой, стояло над подписью.

Сама подпись занимала почти целую страницу.

Это были печатные буквы в шесть дюймов высотой и в два дюйма шириной. Черные, неуклюжие буквы, словно написанные ребенком.

Подпись была такая:

Это была подпись Дядьки.

Героем, написавшим это письмо, был Дядька.

Дядька написал самому себе это письмо перед тем, как ему вычистили память. Это была литература в лучшем смысле слова, так как она сделала Дядьку наблюдательным, смелым и внутренне свободным. Она сделала его героем в собственных глазах в самое тяжелое время.

Дядька не знал, что человек, которого он задушил у столба, был его лучший друг Стоуни Стивенсон. Если бы он узнал, то покончил бы с собой. Но судьба на долгие годы оградила его от осознания этого страшного поступка.

Когда Дядька вернулся в барак, уши ему резанул визг точильных машин. Все точили кинжалы и штыки. И все улыбались, одинаково — как покорные бараны, которые, если прикажут, с радостью пойдут убивать.

Только что был получен приказ срочно готовиться к посадке на космические корабли.

Война с Землей началась.

Ударные части марсианских имперских десантников уже уничтожили все сооружения землян на Луне.

Ракетные батареи десантников, ведущие огонь с Луны, подвергли крупнейшие города землян адскому обстрелу.

И для тех, кто находился в этом аду на Земле, марсианское радио непрерывно передавало песенку, от которой можно было рехнуться:

Черный человек, белый человек, желтый человек — сдавайся или умри!
Черный человек, белый человек, желтый человек — сдавайся или умри!