белу лечиться. Я вам вот что скажу. То, что вы с Баюлом знакомы, — вот ваша удача. Я теперь стар, а когда-то тоже блистал. Это все ерунда, что он бежать отсюда хотел. Видишь, живем, никто нас не трогает. Баюл — лучший каменщик в городе. О нем уже из замка справлялись, а теперь и еще придут. Они там тоже войны боятся. Надо и бастионы подновлять, а может, где что и новое сложить. Все одно помощников будет искать. Вот вы и пригодитесь. И кусок хлеба будет, и медь в карманах зазвенит, а там, глядишь, знакомства какие завяжутся. На новом месте без этого никак. И вот еще что имей в виду, если Баюлу тесно станет или цену за постой задерет, вы ко мне перебирайтесь. Я дорого не возьму, а дом у меня ничем не хуже. Или если лошадей надумаете продавать — только через меня. Я вам покупателя вмиг найду!.. А вот и ваш хозяин.
Ворота заскрипели, и во двор протиснулся улыбающийся банги. Однако, едва он увидел физиономию Парка, улыбка с его лица исчезла.
— Парк, демон тебя задери, опять ты со своими разговорами!
— Имею право поговорить, — беззлобно огрызнулся старик. — И вообще, я в своем дворе стою. Хочу — смотрю, хочу — нос чешу. Вспомни, как ты в Индаине появился, как я тебе сарай на этой улице уступил, на месте которого ты свой дворец возвел. А кто тебя с камнем управляться учил? Забыл, подгорный жук?
— Ничего я не забыл, — с досадой махнул рукой Баюл. — Так ведь у тебя язык что флюгер. Все и отличие, что и без ветра гремит.
— И от того тоже польза случается! — поднял над забором кривой палец Парк. — Вот твой лекарь — белу — говорит, что родича ищет. Хоть какого- никакого, хоть завалящего. Я, конечно, белу в городе давно не видел, если только в гавани из приезжих, а у кого спросить — знаю. Про Крафка-ари помнишь?
— Так он умер, наверное, давно? — удивился Баюл.
— Оно, может, и так, да вот только никто его почему-то не хоронил, — покачал головой Парк. — Он хоть уже с полварма лет как с переписи ушел, а найти его надо. Всю подноготную Индаина знает! Только вам в город без разрешения посадского начальника никак нельзя.
— Есть уже разрешение, — потряс Баюл связкой деревянных бирок. — Кузнецы и лекари пока еще нужны Индаину. И для тебя кое-что по случаю моего возвращения имеется.
Банги покопался в мешке и, забравшись на поленницу дров, протянул Парку запечатанный смолой кувшин. Старик насторожился, погладил глиняный бок сосуда, постучал:
— Вино? Из Азры?
— Оно самое! — усмехнулся Баюл. — Или твои вкусы переменились?
— Забыл я уже про свои вкусы, — махнул рукой Парк, скрылся за забором и пробубнил, уже удаляясь: — Не договорили, жаль. Но теперь я только к завтрашнему вечеру оправлюсь!
— Горазд твой сосед болтать. — Хейграст изможденно бросил камень. — Не разнесет о нас по всему городу?
— До завтрашнего вечера точно нет, а завтра я ему еще кувшинчик доставлю, — успокоил нари Баюл. — Ну что? Идти надо. Вешайте себе на шею по деревянной бирке, согласно которым вы все — переселенцы из Заводья по причине войны, а значит, ищете работу и нуждаетесь в защите города Индаина.
— Как это тебе удалось? — нахмурился Хейграст — Опять пальцами щелкал? И часто тебе приходится применять свое умение?
— Очень часто, — раздраженно огрызнулся Баюл. — Два раза за последние два дня! Еще два раза в море. И ни разу в предыдущие две дюжины лет!
— Скоро я буду как тотемный столб шаи! — пробурчал Лукус, пристраивая на груди бирку. — Камень ари, индаинская деревяшка, там еще что-нибудь придется повесить.
— Если есть на что вешать, это значит — голова пока на плечах! — заметил Баюл. — Хейграст, думаю, тебе лучше пока остаться. Только одна просьба, постарайся, чтобы пес не нагадил в доме.
— Это уж как получится, — вяло махнул рукой Хейграст, пытаясь умыться холодной водой. — Спать лягу. Никаких глупостей без меня не предпринимайте!
— Конечно-конечно, — успокоил его Баюл. — Непосредственно перед глупостями пришлем за тобой Дана. Нари, мы собираемся только навести справки! Дан, ты идешь или нет? Кстати, оружие придется оставить, таковы теперь порядки в городе.
Дан стремглав бросился в дом, едва не наступил на посапывающего на боку Аенора, проглотил ктар, схватил булочку и вылетел на улицу.
— Эх, парень, — критически заметил Баюл, глядя на его набитые щеки, — знал бы ты, какие в былые годы продавались на набережной копченые рыбки!
— Банги! — тут же заинтересовался Лукус. — О копченых рыбках, пожалуйста, подробнее!
Дан шагал вслед за Баюлом и Лукусом сначала по деревянным тротуарам слободки, затем по каменным мостовым окраины Индаина. Город не спешил открываться во всей красе. Постепенно на улицах становилось чище. Дома поднялись до двух этажей, совсем уже скрывая медленный Индас и улицы на другой стороне реки, а вскоре путь друзьям преградила еще и каменная стена.
— Индаин большой город, — заметил Баюл. — Что раньше привлекало сюда элбанов со всего Эл-Айрана? Порт, рынок и не слишком прижимистый
