замотала, плеснула на ладонь из крошечного пузырька, пробормотала какое-то заклинание, содрала пропитавшуюся кровью повязку и мазнула, почти ударила по ране смоченной в снадобье ладонью.
— Помогай, — прошипела сквозь зубы старику.
Леганд тут же рванул ветхую рубаху, разодрал ее на груди плежца. Колдунья соединила ладони, потерла, прижала их друг к другу, стиснула зубы, растянув губы в напряженной гримасе, и ударила, толкнула Пускиса в грудь. Раздался треск, посыпались искры, тело плежца выгнулось в дугу, глаза открылись, блеснув белками.
— Дуй в него, дуй! — заорала колдунья, и Леганд припал к провалу рта плежца, начал вдувать в него воздух.
Ушла куда-то синева щек. Порозовели веки. Шевельнулись зрачки под вновь сомкнувшимися веками. Вздрогнули руки.
— Воды, — коротко попросила колдунья, кивнула, когда Леганд приподнял безвольное, но уже оживающее тело, поднесла чашу к губам, осторожно, почти по капле, вылила ее в рот.
Леганд покачал головой, рассмотрев ожог на груди Пускиса.
— Каждый пальчик отпечатался!.. А что в рану добавила? Неужели пещерную слизь?
— А что же еще? — удивилась Йокка. — Когда учитель отправляет молодого колдуна бесплотным пролететь над равнинами Эл-Айрана, без дурного напитка вроде сноя не обходится. Летучая смесь, пожалуй, даже страшнее будет. С одного глотка уже не отвадишь. Только слизью этой и вытащишь. Неделю он будет без чувств, а там от его силы зависит.
— Ну силы-то ему не занимать, — заметил Леганд.
— Зачем он нам нужен? — нахмурилась Линга. — Оставить его здесь!
— Нужен, — твердо сказал старик.
— Думаю, да, — кивнула колдунья, медленно протягивая между пальцев вымазанную в крови полоску ткани. — И не только для того, чтобы подойти к Орлиному Гнезду. Его кровь, которая пролилась, когда плежец был уже за гранью смерти, расскажет нам кое-что. Прислоните его к дереву.
Йокка растянула окровавленную ткань, опустилась на колени рядом с Пускисом, правую ладонь положила ему на лоб, а левую разжала возле самой земли. Еле заметный голубоватый язычок пламени слетел с пальцев, коснулся волокон и, потрескивая, медленно пополз по ткани.
— Зачем Аддрадд собирает армию? — громко спросила колдунья.
— Он опасается серых, — внезапно глухим голосом ответил Пускис.
— Разве они не союзники? — удивился Леганд.
— Они союзники, но Эрдвиз опасается серых, — внятно повторил плежец.
— А Тохх? — спросила Йокка. — Зачем жрец привел своих магов в Аддрадд?
— Барда послала его, — ответил Пускис — Две причины.
— Какие? — нетерпеливо воскликнул Леганд, взглянув на язычок пламени.
— Использовать его силу против Дагра и удалить Тохха от себя.
— Зачем Эрдвизу светильник? — спросила Йокка.
— Напоить…
Пускис умолк, взглянул на ткань. Погасла последняя искра. Ткань сгорела.
— И что? — недоуменно перевел взгляд Тиир с Леганда на Йокку.
— Напоить… — пробормотал старик. — Объяснение одно. Что же за сила скрывается в этом пришельце, если собираются бесчисленные армии и совершаются ужасные убийства только ради его пробуждения? Кто он?… Бренг? Барда? Неизвестный бог?
— Ты имеешь в виду того, кто скрывается под ее личиной? — спросила Йокка. — Барда мертва. Я говорила Тохху правду. Барда из моего рода. Я бы почувствовала ее воскрешение.
— Разгадка в самом источнике. — Тиир стиснул кулаки. — Все силы серых брошены на его поиски!
— А не следует ли нам искать не светильник, и не источник, — задумчиво спросил Саш, — а этого неизвестного?
— Башня страха, — процедил сквозь зубы Тиир. — Наш путь в Дарджи!
— Возможно, — кивнул Леганд. — Но сначала разберемся со светильником. Только им можно зачерпнуть сущее. Конечно, если в нем пылает огонь Эла! Чем дальше, тем больше я надеюсь, что Арбан скрыл источник надежно!
— Убьем того, кто должен испить, и нам не потребуется источник! — отрезал Тиир.
— Ты отличный воин, надеюсь, в будущем достойнейший правитель своего народа, Тиир, — жестко сказала Йокка. — Но смертный не может сражаться с демонами.
— Может, — не согласился Леганд. — Но может ли победить?
— Вспомни Аллона! — воскликнул Тиир. — Вдруг это сделал смертный?
— Он бы испарился, как капля воды в раскаленном котле, — усмехнулся старик. — Впрочем, у нас есть Саш.
