— Повязка на глаза? — даже дурман не смог заглушить моего удивления.
— Да, — вздохнула подруга, — Валентин меня по секрету предупредил, что на самом деле я лечу к тебе и, что после всего случившегося, они обязаны принять меры предосторожности. Я могу тебя увидеть, но где именно ты находишься — узнать не должна. Да и зря это они! Я здесь впервые, даже если очень захочу, не узнаю, что это за место! Да и у вас столько охраны вокруг дома! Мы целых два поста проехали! Солдаты с автоматами наперевес, собаки. Ужас… Ань, что, все настолько плохо? Говори же! Мне можно, я никому не расскажу.
Мне потребовалось время, чтобы переварить услышанное. Повязка на глаза… два поста охраны… Странно… Почему, когда мы с Гаем выезжали с территории замка, я никого не видела? Ни единой души?!
— Ир, а насчет охраны тебе не привиделось?
— Нет. Здесь уже повязку сняли. И, слушай, солдаты с автоматами были настоящие! Не говори ерунды! — насупилась подруга.
Похоже, она говорит правду. Я рассматривала одноклассницу и пыталась упорядочить мысли в голове. Ирочка сегодня выглядела очень просто, никаких супер платьев. Обычные джинсы и зеленая блузка. Что с ней случилось? Здесь же Валентин? Ладно, о чем это я. Да, охрана, собаки, повязка. Хотя, почему меня все это удивляет? Особенно, после того, что случилось не так давно.
Я постаралась рассказать жаждущей правды подруге, историю недавних событий. О киллере, о том, как меня спасали братья Ягудины и что Мирослав на самом деле герой положительный. О том, как получила пулевое ранение и как меня перевезли сюда.
— Так у вас с французом настоящие отношения?! С ума сойти! Так это он из-за тебя устроил авиакатастрофу, разбил самолет, стоимостью в миллион евро! Так, по крайней мере, по тв говорят. Анька! Этого не может быть! А потом еще схватка под Москвой! Ты знаешь, сколько там солдат пострадало? Тридцать человек! Восемнадцать из которых убиты! Аня, там море крови… Это надо видеть.
Меня передернуло от ужаса. Восемнадцать погибших… Руки по локоть в крови… Нет. Это уже не по локоть.
— Ты понимаешь, что если бы не он, ты была бы девятнадцатой? — прикрикнула на меня подруга, сделав вывод из своей же собственной тирады.
