-- Понимаю, как ты себя сейчас чувствуешь после обморока, но времени на слезы у тебя нет. Или порыдаешь по дороге в аэропорт. Собирайся.
-- Куда? Оставь меня! Ты хотел отнять меня у врага, у соперника, у кого там еще… Теперь его нет. И ваша вражда или соперничество тоже кончилось. Сама по себе я тебе не нужна. Вот и лети себе, куда собирался. Я теперь никому не нужна. Одна. Я теперь одна! Никто не станет меня рвать на части, хватать за шкирку и тащить в неизвестном направлении. Я теперь стану жить в одиночестве, в этом доме. У меня останется только Шарик. И что?! Нормально! Я и пес. Я и дворняга. Вполне нормально! Прощай, Виталий. Была рада повидаться с тобой. А теперь уезжай.
-- Ты поедешь со мной. Не дури. Вставай. Где у тебя здесь лежат документы?
-- Не поеду. Не дождешься. Ни с кем и никуда!
-- Не ори. Я уже нашел твой паспорт. Теперь вставай с дивана. Мы летим в Москву. Он там. Твой Макс лежит там в морге. Я разрешу вам проститься. И похоронить его по-людски, тоже разрешу, и даже помогу. Пошли. Машина уже ждет.
-- Да. Надо его похоронить. Как это я сама не догадалась, что должна это сделать. Я же его жена. Это мой долг. Не смотри на меня так. Он был мне мужем. И другом. И любовником. Он был всем. Надо с ним проститься. Я…
Очнулась снова, после нового обморока, уже на подъезде к аэропорту города Анапа. Потом был перелет. Был морг, были похороны. Но все как в забытьи. Я помнила о тех событиях, но как-то отдаленно. А когда окончательно пришла в себя, настолько, что смогла различать окружающих, то обнаружила рядом с собой Светланку и ее Игорька.
-- А это мы в Испании. Видишь? Гуляем по старинным улицам. Это мы в кафе, ужинаем. Вот, купаемся. Вода была изумительно хороша. Правда, Игорек? – отвлеклась она от переворачивания страниц альбома с фотографиями и повернула голову в сторону своего мужа.
Да, именно, мужа. Этот факт до меня уже дошел. Хоть и была заторможена и как отстранена от происходящего вокруг, но подруге удалось донести это ее событие до моего сознания.
-- Где мы? Светка, ты можешь сказать, чей это дом?
-- Ну, вот! Очнулась. Наконец-то. – Обрадовалась она и обняла меня за плечи.
Я озиралась вокруг, как будто только сейчас заметила и комнату и ее убранство, огромные витражные окна вдоль одной стены и осенний сад за ними. Потом перевела взгляд на себя и порассматривала то, что было на мне надето. Вещи были моими, но из тех, что оставались на квартире Виталия, когда я спешно его покинула в самом начале весны.
-- Мы с тобой сейчас на даче родителей твоего мужа. Это совсем рядом с Москвой.
-- Кто еще здесь есть? Имею в виду…
-- Самих его родителей? – Пришла она мне на помощь. – Нет. Их сейчас здесь нет.
Я облегченно вздохнула, так как не была в силах вынести еще и новые знакомства. Со старыми бы следовало разобраться.
-- Но были. – Поспешила осведомить меня подруга. – Очень милые люди, кстати сказать. К тебе отнеслись с пониманием. Его маму и отца имею в виду. А вот брат с семейством должен приехать позже, как поняла. Он хотел вместе со всеми, то есть с
