– Задержание произошло при участии Серой стражи… – вклинилась я.
– Я улажу этот момент с Головиным.
Кто бы сомневался.
– Вас что-то не устраивает? – Деймонар с вызовом посмотрел на меня, его улыбка больше напоминала оскал хищника.
Я предпочла промолчать.
Адвокат тоже не стал комментировать предложение Норда. Мужчина сидел на стуле с отсутствующим видом, словно происходящее в комнате не имело к нему ни малейшего отношения. Я присмотрелась к его ауре и с удивлением определила, что передо мной находился обычный человек.
Юдин прокашлялся, вывел на экран видео с парковки перед домом Мироновой, но ролик запускать не спешил:
– Сергей Иванович, в каких отношениях вы состояли с Ольгой Николаевной Черновой?
– Думаю, это очевидно.
– И всё-таки я попрошу вас озвучить статус ваших отношений.
Адвокат тут же склонился к уху Сорога и что-то зашептал. Стало ясно, для чего Норд прихватил юриста, – чтобы направлять ответы оборотня в нужное русло. Сам деймонар расположился у двери, давая понять, что не станет вмешиваться в разговор без особой на то необходимости.
– Ольга была моей любовницей, – голос оборотня прозвучал глухо.
Судя по тому, что он отозвался о Черновой в прошедшем времени, Норд уже сообщил ему о произошедшем.
– Как вы познакомились?
Сорог вскинул руку и указал на экран:
– У вас есть подробности нашей первой встречи.
– Попрошу заметить, что мой клиент добровольно передал диски с записью видеокамер из дома, в котором проживала… потерпевшая, – на последнем слове адвокат слегка запнулся.
– В формулировку состава преступления были внесены изменения. В настоящий момент управление расследует покушение на убийство Натальи Мироновой, – невозмутимо пояснил Юдин.
– Если я не ошибаюсь, сотрудники вашей лаборатории констатировали смерть Натальи Мироновой, – с издевкой произнёс Норд.
– У вас имеются на руках внутренние отчёты лаборатории? – Юдин демонстрировал абсолютное спокойствие.
– Всем известно, что ваша лавочка расследовала убийство аспирантки академии.
– Сожалею, но городские сплетни далеко не всегда являются надёжным источником информации. Или вас ввели в заблуждение заметки в прессе?
– Нет, Филипп Юрьевич, в первую очередь в заблуждение меня ввели гражданская панихида и церемония погребения. Не хотите же вы сказать, что родственники оплакивали на кладбище фантом?
Тут я не выдержала:
– Полагаю, у Натальи были причины, чтобы инсценировать собственную смерть. Управление не даёт моральную оценку поступкам подозреваемых и потерпевших.
– Наталья Миронова официально попросила защиты УПИРа?
– Боюсь, в ближайшее время вам не светит получить информацию о деймонаре-Хозяине, с которым она заключила договор, – я выпалила фразу прежде, чем оценила её последствия.
– Мы с вами обсудим это чуть позже. – Улыбка Норда приобрела откровенно угрожающий оттенок, в глубине серебристых глаз плескалось бешенство.
В кабинете повисла напряженная пауза, нарушенная адвокатом. Он кашлянул несколько раз, привлекая к себе внимание.
– Раз мы прояснили некоторые моменты, предлагаю вернуться к тому, ради чего мы здесь собрались.
Юдин кивнул и обратился к Сорогу:
– Итак, вы познакомились с Черновой на парковке. Пыталась ли она получить от вас сведения о Наталье Мироновой?
– Мне предложили денежное вознаграждение. Я должен был доносить о посетителях Мироновой. Ольга особо интересовалась вампирами.
– И вы отвергли данное предложение?
– Разумеется.
– Несмотря на отказ, Чернова продолжила начатое знакомство?
