– Подозреваю, она рассчитывала, что в будущем я смогу изменить решение.
Честное признание и чертовски болезненное для мужского эго. Не подозревала, что Сорог решит назвать вещи своими именами.
– Надумай Миронов следить за внучкой, он бы нанял толкового сыщика. Мне кажется, Ольга заинтересовалась вами по иной причине, – вмешалась в разговор я.
Сорог вздрогнул и зло посмотрел на меня.
– По какой, например? Только не говорите, что она испытывала ко мне нежные чувства. Я прекрасно знаю, как она ко мне относилась.
– Спустя два дня после происшествия на парковке Черновой поступили денежные средства со счёта, принадлежащего вам, Норд. Не могли бы вы прояснить назначение платежа?
На мгновение каменная маска на лице Сорога дрогнула. Неужели не знал?
– Я полагаю, здесь присутствует всего лишь один подозреваемый. Или я ошибаюсь? – резко бросил Норд.
– Вам нужна официальная повестка, чтобы дать ответ?
– Я не платил Ольге за услуги, – процедил сквозь зубы деймонар. – Девушка пострадала на моей территории. Я дорожу репутацией «Тихой гавани», поэтому счёл необходимым компенсировать ущерб. Разве подобное запрещено законом?
Нет, но только если эти деньги потом не направляются на приобретение оборудования для лаборатории по производству наркоты.
Озвучить свою мысль я не успела, Юдин украдкой показал мне кулак, давая понять, что мне пора заткнуться.
– Вас заинтересовала моя связь с Черновой, – заговорил Сорог. – Могу ли я узнать, какое отношение к этому делу имела Ольга?
– Можете. При одном условии. – Капитан повернулся к Норду. – Насколько я знаю, вампиры продолжают поиск пропавшей главы общины. Я бы хотел, чтобы меня держали в курсе текущих результатов.
– Не доверяете Серой страже?
– Подозреваю, что они умышленно придерживают информацию. Намного надежнее, когда сведения поступают из двух источников. В свою очередь, я готов закрыть глаза на поведение Сорога при задержании.
– Задержании? – недоуменно приподнял брови Норд. – Уверен, стражи подтвердят, что Сорог прибыл на допрос добровольно.
– Договорились. Ваш оборотень проявил гражданскую сознательность, – усмехнулся Юдин и добавил уже более серьезным тоном: – Перед смертью Ольга Чернова призналась в убийствах Николая Денисова, Натальи Мироновой и Эдуарда Кузьмина. Помимо признания, мы располагаем доказательствами, что Ольга присутствовала на месте убийства Кузьмина. Отпечатки ног совпали. Кроме того, Чернова упомянула о планах выпустить багрянец на рынок.
Норд выругался сквозь зубы.
– Впоследствии эти планы изменились, – осторожно заметила я. – Полагаю, корректировку в них внёс кто-то из лидеров «Подземья».
– У вас есть конкретный подозреваемый?
– Кто-то из тех, с кем она тесно общалась.
– Она со всеми тесно общалась, – еле слышно обронил Сорог. – Из-за этого я порвал с ней.
Хм-м… Вот так заявление, а что тогда у Сорога в спальне происходило? Возобновление отношений?
– Мы встречались полторы недели. Потом я обнаружил на её шее свежие следы укусов. Потребовал объяснений. Она не стала отпираться. Мы расстались. Я не видел Ольгу до сегодняшнего утра.
– Как вы считаете, с какой целью она вас посетила?
– Не знаю. Я уже ничего не понимаю.
А вот я как раз понимала. Нам напомнили о связи Сорога и Черновой. Ольга разыграла перед оборотнем обкусанную немочь, он отвёз бы её в больницу, и там бы она умерла. Сорог обзавелся бы мотивом. Фактически тот, кто начал разыгрывать эту комбинацию, уже приговорил Елену к смерти и занимался расстановкой предварительных декораций.
– На этом мы и закончим, – подытожил Юдин и выключил записывающее устройство. – Сергей Иванович, подпишите подписку о невыезде.
Сорог поставил аккуратную подпись на листке бумаги. Юдин быстро застучал по клавишам, составляя на основе аудиозаписи, преобразованной в текст, протокол допроса. Спустя пару минут всё было готово. Сорог внимательно ознакомился с содержанием
