Мои брови удивленно летят вверх, а сердце сжимается в ожидании беды.
– Мисс Бенар, что вы думаете о лаэрде Томансе?
Вопрос неожиданный. Наверняка даже с подвохом, поэтому какое-то время я молча сижу, подбирая слова.
– Уважаемый в своем деле бизнесмен, – задумчиво провожу пальцами по уголку стола. – Начинал как управляющий компанией, сейчас владелец крупной сети. В основном ведет дела в Европе, причем очень успешно. Мы встречались с ним на одном из приемов. Очень спокойный, уравновешенный человек и… – Я опасливо оглядываюсь по сторонам, прежде чем закончить мысль: – И демон.
Мужчина качает головой, словно доволен моей оценкой, затем вынимает из внутреннего кармана сложенный документ и протягивает мне.
– Ваш контракт, – поясняет он.
Я принимаю бумаги, а второй рукой хватаюсь за край столешницы, в надежде, что она сможет остановить неясное ощущение падения, возникшее внутри.
– Я уволена? – собственный голос, хриплый и низкий, кажется совершенно чужим.
– Согласно пункту вашего контракта, я просто обязан это сделать, – ровно произносит мужчина, внимательно наблюдая за моей реакцией. – На самом деле я должен был сделать это еще неделю назад, когда вы так эмоционально кинулись обнимать меня в аэропорту.
Все еще продолжая держаться за край стола, как за спасательный круг, я кладу свой контракт на стол и тянусь за стаканом воды.
Глоток, еще один. Вода кажется безвкусной и не может смыть привкус горечи во рту. Надо чего-то другого.
– Вина, пожалуйста, – дрогнувшим голосом подзываю официанта.
– Одну минуту, я пришлю к вам сомелье.
– Не надо, – качаю головой. – Просто принесите что-то очень сладкое и неописуемо дорогое.
А что такого? Потратил же мистер Дамир четыре миллиона за мою компанию во время ужина, небось не обеднеет из-за одной бутылочки вина.
Официант уходит, а я удостаиваюсь неодобрительного взгляда сине-зеленых глаз. Лаэрду никогда не нравилось, когда я пью.
Несмотря на так внезапно стукнувшее меня по голове увольнение, я испытываю смешанное чувство удовольствия и злорадства.
Интересно, на ком теперь будет вымещать сверхконтроль и опеку сиятельный лаэрд? Сабир? Очередные? Или просто найдет кого-то на замену мне?
– Ваш контракт расторгнут, мисс Бенар, но мне бы не хотелось отпускать такого ценного сотрудника по глупой случайности, – голос мистера Дамира холоден и спокоен, словно он общается с деловым партнером. – Я неспроста спросил ваше мнение насчет Томансе. В настоящее время ему нужна поддержка, поэтому он обратился ко мне. В понедельник мы с лаэрдом подписываем бумаги о передачи контрольного пакета акций в распоряжение моей компании. Я бы хотел, чтобы вы подписали контракт с Томансе и улетели вместе с лаэрдом в Европу.
Я мысленно смеюсь.
Как же наивно было полагать с моей стороны, что эти пресловутые контроль и забота прекратят затрагивать мою свободу после расторжения контракта.
– В качестве кого? – спрашиваю без интереса, чтобы хоть как-то поддержать неприятный для себя разговор.
– В качестве личного ассистента, – охотно отзывается мужчина. – Должен признать, вы очень хорошо справляетесь со своими обязанностями и мне даже жаль, что приходится отпускать вас.
Жаль? Так чего же ты меня в Европу ссылаешь?!
Подходит сомелье, и разговор как-то сам собой прекращается.
Все то недолгое время, пока работник ресторана откупоривает бутылку «коллекционного вина из погребов самой королевы», попутно расхваливая букет и утонченный вкус, я бездумно слежу за тем, как музыканты рассаживаются на невысокой сцене и начинают негромко разыгрываться.
Почему-то неплохое по сути предложение мистера Дамира не вызывает во мне восторга. Хотя разумом понимаю, что переезд в Европу мне только на руку.
Рик на какое-то время опять потеряет меня из виду. За это время Азалия сможет восстановить или наложить новый судебный
