сантиметра висели десять КСП и одна яхта. Может и не висели, а перемещались с бешеной относительной скоростью... вот только объектов, относительно которых можно было замерить их скорость, не было, потому что до ближайших... ну, вы помните.
Корабли скрытого прорыва – это понятно. Стандартные вытянутые черные силуэты.
А вот яхта – по виду гражданская. Но опытный взгляд специалиста мог заметить неоправданно большие вздутия в районе двигательного отсека и многочисленные «пупырышки» , в которых любой военный однозначно распознал бы замаскированные боевые блоки. Эдакий пупырчатый огурчик с зеркальным покрытием. Здесь, в глубоком-глубоком космосе, казалось, что на месте «пупырчатой» яхты – некая искаженная пустота.
Вокруг тройками и семерками объевшейся мошкарой лениво перемещались четыре десятка истребителей и штурмовиков.
Опознавательные оптические знаки всех кораблей свидетельствовали об их принадлежности к Российской Империи. О том же свидетельствовали включенные сигнатуры. А уж переговоры по-русски в эфире – идентифицировали их еще однозначнее.
– Хорь-шесть! Это Змей-четрые. Расклад по позициям.
– Загрузил же только же что! Хорош же меня дергать же! Вибришь, что ли?
– Отвлекаю, что ли? Же.
– Ну, допустим...
– А от чего...
– Сенсы, да вы зае...
– Гэг эфиру!
Со всхлипом эфир выполнил просьбу и заткнулся. Через несколько минут настороженной тишины:
– Внимание, всем! Сигнатура в секторе «сорок один – десять» ! Две единицы.
– Всем! Переход на «красный-два» ! – Прошло сообщение с подписью командующего.
«Красный-два» не предусматривал голосового радиообмена, по этому «Есть!» , «Принято!» , «Так точно!» никто не ответил – люди собрались исключительно квалифицированные. А вот на виртуальной карте командующего все «снежинки» , обозначающие боевые единицы, обзавелись красными маркерами с цифрой «два» .
Операторы «подвесили» команды боевых алгоритмов, пилоты засунули руки по локти в рукава управления или взялись за рукояти манипуляторов. А сенс-пилоты оглаживали пальцами пломбы сенс-режима и тихо что-то булькали... молились, чтобы ничего такого не происходило – мало кто любил «сенсорное похмелье» .
На расстоянии полутора астрономических единиц в горловине «червоточины» проявились два черных силуэта КСП с опознавательными сигнатурами Сияющих Звезд. Они чутко осматривались в течение двух минут. После этого один из них нырнул обратно, а оставшийся ощетинился активированными боевыми блоками, замерцал щитами и выпустил две семерки истребителей.
Спустя полчаса напряженного ожидания у «эльфа» появилось пополнение: девять КСП и одна белая «гражданская» яхта – светящаяся иллюминацией, как новогодняя елка. Вся группа «ушастых» резво отошла от «горловины» на такое же расстояние, что и русские, и стала незамедлительно выпускать малые суда – истребители, штурмовики, малые командные центры – быстро доведя численный и качественный состав своей группировки до такого же у русских.
– Запрос о переговорах получен. В международных кодах.
С подписью командующего появилось новое сообщение:
– Змей-четыре, – пять, – шесть, разведка. Остальные – «красный-один» ! Сенсы, разрешаю снять пломбы.
– Принято.
– Бля...
– Кто это родил? Вот кто это родил, а??
Эфир стыдливо промолчал.
Три семерки истребителей в стандартном построении «сенс + прикрытие» , осторожно двинулись к только что прибывшим «эльфам» . Те «отзеркалили» – выслали такое же количество «вынюхивальщиков» навстречу.
«Разведчики» замедлились на краю взаимного спурта, осторожно протиснулись и, пройдя дальше, приблизились к кораблям... оппонентов. Минута сканирования и – такой же осторожно-предупредительный отход на исходные позиции.
– Это Змей-четыре. У меня чисто!
Командующий флотилии дождался подтверждения от остальных двух звеньев и отдал приказ об открытии инфоканала к визитерам.
