но я слушала себя.
Потом освободила руку, закрыла глаза и прищелкнула пальцами, выворачивая кисть, как делала сотни раз до этого. И чуть не сверзилась на землю, когда у меня перед носом разгорелась светящаяся горошина.
— Это первый случай на моей памяти, когда девушка предпочла освоить магию за два дня, чтобы не оказаться со мной в постели, — проворчал шайсар, а я расхохоталась. — За плечо отодвинь.
Посмотрела на светящуюся горошину, пожелала ей полететь в указанное место, сильно пожелала, зубы стиснула от напряжения. Светляк продолжал висеть перед носом, тогда я цапнула его пальцами и просто перевесила куда надо.
— Тебя даже в академию пускать нельзя, — покачал головой Шер. — Незамутненный взгляд, нестандартный подход. Энергию… пальцами. И получилось же.
Он подманил свой пульсар, опасливо ткнул в него пальцем, но зашипел и отдернул руку. Посмотрел на меня с укоризной, будто это я своим коварством заставила его сунуть палец в огонь.
— А мой тепленький и пульсирует, как сердце, — насупилась я. — Ты там что-то про откровенность говорил.
— Да уже решился вопрос, поколдуешь чуток, стравишь излишки, — отмахнулся Шер. — И я поколдую, стравлю… кхм. Все лишнее стравлю.
Некоторое время рассматривала его в неярком свете светляка. Он глядел на дорогу. Я хмурилась.
— Ты хочешь сказать, что ни с кем за последние недели… ну, не спал? — переборола я некоторое стеснение.
— Не хочу я об этом говорить, — возмутился Шер, но меня с толку не сбил.
— О как… но почему? — Стеснение пошло лесом, включилось любопытство.
— Тебе правда интересно, почему твой жених ни с кем тебе не изменил за три недели? — скептически хмыкнул он. Я радостно закивала. — Про высокие моральные принципы и безоговорочную верность рассказывать?
— Можешь пропустить, — разрешила я.
Шайсар снова потянулся к моей руке. Показал на кольцо и на свое такое же:
— Бабушка Гардения была не только сильным магом, но еще и большой шутницей, а также ревнивой женщиной.
— Тошнить начинает? — осторожно поинтересовалась я.
— Откуда ты знаешь? Ах, точно, Дарс.
ГЛАВА 25
Никому нельзя верить! Я первый раз в жизни заснул с девушкой, а она меня чуть не сожрала!
По дороге молчали, только звонко выстукивали по каменистой тропе копыта. Развилку я бы не приметила, но Шер уверенно свернул, и я потряслась за ним. Лошади явно нервничали, мне лес, местами подступающий к тропе, тоже радости не внушал. Может, тут и волки водятся, или медведи, или зомби.
Ворота выросли из темноты внезапно. Дальше тропа явно расширялась, но была огорожена. Собственно, в свете взошедшей луны стало видно, что огорожен тут вообще приличный кусок склона, где-то использовался частокол, где-то естественные выступы скал.
— Неслабая оградка для хутора на три двора, — оценила я высоту частокола.
— Три двора — это полсотни человек как минимум. А строить солдаты из форта помогали. Удобная база для ночевки.
— А где все? — Встречать нас никто не спешил.
Мы отошли от похрапывающих лошадей к крохотной калитке. Шер ковырялся у забора. Я стояла, прислонившись к гладким бревнам спиной, и с опаской смотрела на лес.
Наконец раздался щелчок. Шер достал меч. Я метнулась к лошади, сдернула с луки сумку, в которую недавно сложила свои ножи и остальное, что не влезло в карманы. Хоть какое-то оружие. Хотелось ощутить в руках холодную тяжесть… автомата.
На склон, туда, где темнели силуэты построек, уходила вырубленная в камне тропа-лестница. По ней мы и пошли. Шер впереди, я за ним, едва ли не пятясь, цепляясь за хлипкие перила из жердей. Наверху была неровная площадка и действительно стояло три группы построек. И ни души. Даже собаки не лаяли.
