Лиана Григорьева. Возле Тилля переминались с ноги на ногу несколько топорников. Их грубые лица выражали готовность убить кого угодно, лишь бы только их не заставляли думать.
Увидев Тилля, чья патологическая жадность была ему известна, непоседливый старичок не удержался от шалости. Наклонился и принялся озабоченно искать что-то под ногами у главы форта берсерков.
– Где-то тут была моя закладка… Ингвар, ты на ней, случайно, не стоишь?
Тилль дернулся:
– Закладка?! Где?!
– В книге была моя закладочка! А потом выпала! Вот она, моя закладусечка! – кокетливо пояснил Дионисий Тигранович, поднимая с земли невзрачный фантик.
– Шутим?! – зарычал Тилль, опуская ему на плечо руку.
– Тшш! – остановил его старичок. – Нежности потом! У вас за спиной Гай!
Тилль даже не попытался оглянуться.
– А психа с секирой у меня за спиной нет? – спросил он.
– Целых три, и все из вашего форта. Но себя я к ним не отношу, – произнес стеклянный голос.
Лицо у Тилля побагровело и стало исключительно глупым. К появившемуся из автобуса Гаю уже спешили его арбалетчики. Долбушин засмеялся. Смех у него был несколько повизгивающий, словно кто-то на секунду включил, а потом так же быстро выключил дисковую пилу. Когда старичок повернулся к нему, глава финансового форта уже снова стоял с лицом таким серьезным, что невозможно было предположить, что это смеялся он.
– Не надо, Альберт! Вы так редко смеетесь, что я всегда пугаюсь. Мне кажется, что кто-то умер! – укоризненно пролепетал старичок.
Гай подозвал к себе Долбушина и нетерпеливо спросил, как успехи. Тот доложил, что водолазы сменяются каждый час. Кроме того, работают несколько поисковых катеров и еще один сейчас выгружают. Правда, набережная высокая и спускать катера сложно. Он кивнул на людей, суетившихся у машины, которая, сильно сдав задом, прицепом нависла над водой.
– Так мы месяц провозимся. Разве что… – Гай, оглянувшись, поманил худую девушку. – Альберт, это Дайни! Сделайте все, что она попросит!
Долбушин с сомнением покосился на бусы из птичьих черепов, но спорить не стал и отвел Дайни в сторону. Выслушал ее, что-то уточнил и подозвал к себе Лиану. Четверть часа спустя у Лианы зазвонил телефон. Она что-то односложно ответила и передала трубку Долбушину.
– Держите связь, шеф! Дело сделано! – сказала она кокетливо.
Глава форта взял телефон и, разговаривая, стал оглядываться, кого-то высматривая.
– Кто это еще? – спросил Белдо, любивший все знать.
– Вот уж не скажу! Я бедная глупая женщина. Я умею только нажимать на кнопку, как меня научили, – ответила Лиана.
Вскоре Долбушин вернулся с пакетом в руках. Это был один из тех плотных, с фирменным оттиском пакетов, в которые в зоомагазинах сажают купленных рыб. В пакете билась рыжая, с ладонь, рыба с крупными глазами, смотревшими не в стороны, а чуть выдвинутыми вперед, что позволяло ей лучше определять расстояние до добычи.
– Трехгибридный попугай! – сказал Долбушин. – Подойдет? Или что-то другое подыскать?
– Он же живой! – укоризненно воскликнула Дайни.
– Ну так что? – не понял глава форта.
– Живой рыбой я управлять не могу! Она поплывет куда захочет!
– Ой-ой-ой! – захлопотал Белдо. – Мне бы твои сложности, Дайничка!.. Ингвар, да где же вы, кошмарный человечище? Нам нужна ваша безжалостная сила! Прикончите, пожалуйста, рыбку!
Тилль с готовностью протянул к пакету толстые пальцы.
– Не надо! – хмуро остановил его Долбушин. – Изуродуешь… Давай уж лучше я!
Он быстро вскинул зонт и, поморщившись, коснулся его ручкой пакета. Рыжая рыба дернулась, перевернулась в воде и начала медленно всплывать, белея брюхом.
– Готово. Такая рыбка тебе больше нравится? – с легкой издевкой спросил Долбушин.
Дайни, не отвечая, взяла в руки пакет и отошла. Было видно, как, склонившись над водой, она отпускает рыбу и довольно бормочет: «Умница моя! Красавица! Ну поплыли, поплыли!»
Долбушин покрутил пальцем у виска.
