Дрейера не волновало, где именно все это начнется. Править крепостью в Сааведре и провинцией Фейджин – прекрасное начало. Этот клочок земли достаточно мал, чтобы Ханниса Арка (или того, кто будет вместо него) это тревожило и они вообще обращали на Людвига внимание.
Но однажды люди задумаются и тогда пожалеют о своем равнодушии.
В бытность свою аббатом Людвиг добывал пророчества и самые важные передавал в крепость Ханнису – на самом же деле отбирал их просто по своему усмотрению. Арк, напыщенный глупец, понятия не имел, что узнает лишь о том, о чем счел нужным сообщить ему Дрейер.
По тому, как люди на улицах глазели на него, Людвиг осознал, что пора сменить гардероб на более подходящий его новому положению. Он был осмотрителен и не совершал никаких действий, не просчитав заранее результат. И никогда не вступал в бой, если не был уверен в победе.
Теперь пришло время начать. Настала пора установить власть над своей новой вотчиной.
Ханнис оказал ему большую услугу, покинув крепость и оставив Людвигу зачаток армии. Несмотря на мощные оккультные способности, Дрейер был всего лишь одиночкой, человеком. Ему требовалась защита и люди, которые прикрывали бы ему спину, пока он будет совершать великие дела.
Он повернул лошадь вверх по булыжной мостовой главной дороги к штаб-квартире провинции Фейджин – к казармам гарнизона и крепости, которую гарнизон защищал.
35
Выведя коня через ворота на брусчатку площади перед фейджинским гарнизоном, Людвиг наконец увидел возвышающуюся крепость вблизи. Эрика, его неотлучная, а сейчас и единственная защитница, отставала на полкорпуса. Но скоро у него появятся другие.
Он порадовался, увидев поднятых по тревоге ввиду его прибытия воинов, уже занявших оборонительные позиции. Именно такого рода защита требовалась ему, чтобы обезопаситься от тех, кто не владел магией.
Поскольку выстроившиеся под открытым небом воины знали Людвига, это была вполне уважительная демонстрация военной силы. Воины в строю стояли спокойно, никакой враждебности в лицах. В скользкой, мокрой мостовой отражался аккуратный ряд копий, наклоненных под одинаковым углом, но упирающихся древками в землю. Это была оборона из благоразумия, и Дрейера обрадовало, что войска не доверяют никому, даже аббату епископа – возможно, самой высокопоставленной особе провинции Фейджин после самого епископа.
Конечно, Ханнис никого более не наделял властью, полагая, что его личных способностей вполне достаточно для управления провинцией и в других высокопоставленных лицах нет необходимости. Он считал, что лишние влиятельные люди могут доставить только неприятности. Своего аббата он терпел лишь потому, что Людвиг казался ему ничтожным.
Они ехали к площади между рядами воинов в коричневых мундирах. На самой площади воины стояли так, что оставляли проход только к одной точке в центре площади.
Воины в первом ряду были в кольчугах. Их мечи оставались в ножнах, но их в любой момент могли выхватить. Воины второго ряда держали острые пики. Перед воинами в кольчугах опустились на одно колено лучники, уже наложившие стрелы на тетивы, но еще не натянувшие луки.
Все это имело оборонительный характер; воины никому не угрожали открыто и не проявляли агрессии к гостю. Такое построение предназначалось также для того, чтобы вновь прибывшие оказались в центре площади, где при необходимости их в любой миг могли окружить и отрезать пути к отступлению.
Кроме того, это был недвусмысленный сигнал: никакие враждебные действия не допустимы, кто бы ни нагрянул.
Офицеры перекрыли жерло образованной воинами «воронки», ведущей к дороге за площадью – пути в саму крепость. Поскольку офицеры знали Людвига, они сами заняли ключевую позицию, чтобы преградить ему дорогу. Возможно, им казалось, что будет лучше, если его не пропустят командиры, а не простые воины. Будь же на месте аббата заведомый враг епископа Арка, воины бы полностью перекрыли проход, а офицеры расположились бы где-нибудь позади, руководя отражением или уничтожением угрозы.
За выстроенными на площади воинами поднимались многоярусные террасы, густо поросшие оливами; они опоясывали холм от крепости на вершине до самой земли. Это была попытка устроить впечатляющие подступы к средоточию силы в жалкой маленькой провинции Фейджин. Воины защищали эту убогую обитель власти, будто драгоценный приз.
Людвиг улыбнулся. Ведь отныне так и будет.
Четверо офицеров стояли в ряд почти плечом к плечу, перегораживая проход, а по обе стороны от них ждали воины с копьями,
