другой конец цепи из рук удерживавшего ее, не было и речи. Сама цепь – по крайней мере, большая ее часть, была усеяна острыми металлическими колючками – не ухватишься. Дерево, к которому меня приковали, по-видимому, принадлежало доу Лэтеару. Оно было очень большим, гораздо больше, чем, скажем, крестьянский дом, и находилось почти в центре «города».
Я начал готовить зелье, стараясь не обращать внимания на боль в шее. Я все-таки добавил ягоду, приносящую страшные сны в состав. Только не целую – совсем небольшую ее часть. Этот эльф должен был умереть, и неважно, каким способом. Я только боялся, что он умрет от отравления сразу же, как выпьет зелье, и уж тогда меня тоже уничтожат. Этого не произошло. Первородный дрожащими руками схватил чашку с еще не остывшим зельем и жадно выхлебал его почти полностью. Слава богам, что я не стал готовить несколько порций сразу! Иначе от такого количества умер бы, пожалуй, и представитель рода человеческого, не то что гораздо более восприимчивый первородный!
Двое слуг, которые так и находились рядом, с интересом наблюдали за тем, как доу Лэтеар блаженно откинулся на землю, уставившись бездумным взглядом в небо. Пока действие модифицированного зелья никак не отличалось от того, что ему давали раньше. Но так продолжалось недолго. Через несколько минут глаза доу Лэтеара закрылись, и он уснул. Судя по его виду, спать он собирался еще долго. Разочарованные слуги ушли, а я остался. Что ж, какого-то результата я добился. Доу Лэтеар должен был блаженно пускать слюни, глядя на небо, но вместо этого он спит сном праведника. Пожалуй, если бы у меня был какой-нибудь план побега, сейчас был бы идеальный момент, чтобы попытаться его воплотить. Мне ничто не мешает прикончить первородного. Ключи от ошейника у него с собой, и я мог бы быстро освободиться. Вот только других первородных вокруг, несмотря на то что уже начало темнеть, было очень много. Никто не обращал внимания ни на меня, ни на доу Лэтеара – только и убить его мне никто не позволит. А, главное, как далеко сможет уйти почти голый человек, находясь в центре владений первородных? Я что-то не видел здесь свободно разгуливающих соплеменников. И, кстати, где они? Я неоднократно слышал, что они есть, да и две группы первородных, отправившиеся разрушать соседние с Элтеграбом города, должны были вернуться раньше нас. Нет, пока бежать не получится. Как он там сказал, «привести к покорности»? Вот я и буду покорным и послушным, настолько, что даже «приводить» к этому меня не нужно будет. А когда в моей покорности убедятся, тогда посмотрим. Может, мне удастся подмешать ягод сонника в бочки с вином во время очередного праздника – то-то было бы хорошо!
Я уже почти совсем убедил себя в том, что пока можно успокоиться. Медленно прошелся вокруг, насколько позволяла цепь. Я внимательно смотрел себе под ноги, надеясь найти хоть что-нибудь, что могло бы мне пригодиться, хотя бы острый сучок – тщетно. Земля была утоптана и покрыта короткой травой, которая стойко переносила ежедневное попирание ногами. Ничего на ней не было. Я попытался заглянуть в дупло дерева, к которому был прикован, но как только я к нему приблизился, оттуда выглянул первородный и ткнул мне в грудь кинжалом. Не очень сильно, только кровь пустил. Кстати, уруми на поясе у него не было – я заметил, что слугам этого оружия не полагается.
– А ну пшел вон, животное, – совершенно тихо и без эмоций, проговорил он и снова скрылся в стволе дерева. Я задался вопросом, что мне делать, если у меня возникнет какая-нибудь телесная нужда? Ничего похожего на отхожее место я здесь до сих пор не видел. Я зашел за дерево с другой стороны от входа, огляделся, не смотрит ли кто на меня. А потом стал устраиваться спать. В городе теплый воздух, и земля – тоже. Похоже, ее прогревают корни чудесных деревьев – вполне можно выспаться, не боясь застудить внутренние органы. Неожиданно доу Лэтеар открыл глаза и вскочил. Глаза его были по-прежнему безумны, взгляд не был сфокусирован, а лицо исказилось яростью. С нечленораздельным рыком он бросился на меня с кулаками, даже не потрудившись сорвать с пояса уруми. Координация движений у него явно была нарушена, так что мне без труда удалось увернуться – ошейник больно впился в шею, и я почувствовал, как по спине стекает струйка крови. Доу Лэтеар с трудом развернулся и снова напал на меня. А я снова увернулся. Так продолжалось еще несколько минут – я уже задыхался, шея нестерпимо болела. Шипы впивались неглубоко, и опасности для жизни не было, но боль была ужасная. Но тут один из слуг выглянул посмотреть, что происходит, и тем отвлек на себя внимание безумца. Первородный прыгнул на не ожидавшего такого слугу, свалил его с ног и начал душить. Выскочил второй слуга и стал отрывать обезумевшего хозяина от его жертвы. Тот неожиданно легко отпустил бедолагу и как ни в чем не бывало поинтересовался:
– Милая, зачем ты со мной так грубо?
Слуга совсем опешил. Он отпустил доу Лэтеара и попятился на пару шагов. А тот вновь злобно ощерился и схватил теперь уже второго слугу. Теперь он не только душил его, он еще и вцепился ему зубами в лицо. Слуга страшно закричал, пытаясь вырваться, и я заметил, что его рука нащупывает у себя на поясе кинжал.
Ну же, еще чуть-чуть. Ударь его! Я шептал это вслух, почти как молитву.
Он не ударил. Доу Лэтеар с силой оттолкнул слугу от себя, так и не разжав зубы. Брызнула кровь, раненый завыл, а мой «хозяин» торжествующе расхохотался. После такого своего успеха он пришел в замечательное расположение духа и, кажется, начал
