Я чувствую, как он дает отпор моей силе. Если он не поверит мне, я не смогу причинить ему вреда.
Я прищуриваюсь, концентрируюсь, бросаю всю свою силу на создание иллюзии боли. На этот раз нити врезаются глубоко в живот Терена. Когда я тяну за них, то вызываю иллюзию, будто вырываю все его внутренности наружу. Терен кричит. И все равно напирает на меня, его меч зацепляет мою кожу, на предплечье остается алый порез.
В темноте что-то мелькает, и передо мной вырастает фигура Маджиано. Вид моей крови вынудил его выйти на сцену. Он скалит зубы и глядит на Терена.
– Не маши на нее своим грязным мечом! – грозно кричит Маджиано. – Это невежливо.
Глаза Терена распахиваются – он удивлен внезапным появлением нового противника, но потом накидывается на Маджиано и рассекает ему грудь. Я инстинктивно пытаюсь заслонить своего друга.
Покачиваясь, Маджиано отступает. Прямо на наших глазах кровоточащая рана на его груди затягивается, будто сшитая невидимыми нитями. Раненый хохочет.
– Кажется, тебя просили остановиться, чтобы мы могли побеседовать, – говорит он, складывая на груди руки. – Ты не любишь разговоров? Совсем недавно ты занимался этим, не жалея времени.
Терен, не веря своим глазам, смотрит на целехонькую грудь Маджиано.
– Не сражайся со мной! – кричу я, когда инквизитор разворачивается, целясь в меня мечом. Я едва успеваю увернуться. – Я знаю, против чего ты на самом деле борешься.
Терен смеется.
– Храбрый волчишка, – дразнит меня он. – Королева хочет получить твою голову, и я доставлю ее ей.
– Раффаэле занял твое место во дворце, – говорю я, испытывая самообладание Терена. – И он же выгнал меня из Общества Кинжала. – Я киваю на Маджиано. – Но это не помешало мне найти союзников.
– У тебя было много дел, – с ледяной улыбкой замечает Терен.
Взгляд его прозрачных глаз пронизывает меня до костей, потом переключается на Маджиано, который отвечает победной усмешкой.
– Ты действительно веришь, что королева Джульетта заслуживает трона теперь, когда она тебя выгнала? – спрашиваю я. – Теперь, когда она хочет набрать в свою армию других людей из Элиты?
Терен внимательно смотрит на меня. Чувствую, как мрачные мысли снова одолевают его.
– Чего ты добиваешься, моя Аделинетта?
Я вдруг останавливаюсь там, где стою, сплетаю иллюзию над своим лицом, превращаю себя в Джульетту: те же розовые щечки, лицо в форме сердечка и нежные пухлые губки, глубокие темные глаза, делающие ее похожей на Энцо.
Терен так резко замирает, что роняет меч. Оружие со звоном падает на пол. Хотя он наверняка знает, что это иллюзия, но контролировать свою реакцию не может.
– Ваше величество, – шепчет Терен, изумленно глядя мне в лицо.
– Ты этого хочешь, так ведь? – тихо произношу я, подступая ближе к нему.
Терен пялится на меня. На этот раз он совершенно поддается чарам иллюзии и забывает обо мне, делает шаг вперед и берет мое лицо в ладони. Он удивительно нежен.
– Джульетта, любовь моя. Это ты. – Он целует меня в обе щеки. – Как ты могла прогнать меня? – Потом его руки напрягаются, сдавливают мои щеки, и он говорит, на этот раз жестче: – Ты прогнала меня. – (Во мне вспыхивает искорка страха: что-то в его голосе напоминает мне отца, эту нечеловеческую ярость.) – Я сделал для тебя все, а ты прогнала меня прочь.
Я решаю подыграть Терену:
– Я королева Кенеттры. Кровь моя чиста. Захочу – прогоню тебя, захочу – убью. Что мне помешает?
– Но ты слушаешь члена Общества Кинжала! – выпаливает Терен и до боли сдавливает мое лицо. – Ты позволяешь мальфетто убеждать себя, что очищать эту страну не нужно.
Я подавляю страх.
– Мне не интересно уничтожать мальфетто. Да меня это никогда и не занимало. Зачем? Это бесполезно.
Терен придвигает свое лицо так близко к моему, что его губы касаются моих. Слышу, как где-то рядом Маджиано резко втягивает воздух.
– Я любил тебя, – шипит Терен, его голос дрожит от ярости, и я впитываю ее, ужасаясь тому, какая сила сокрыта за ней, и все равно стремлюсь упиться ею. Иллюзия усиливается. – А ты теперь любишь их?
Губы Терена снова трутся о мои, это поцелуй – по-другому не назовешь. Но в нем нет ничего, кроме ненависти – глубокой,
