Стражники открывают двери, и Раффаэле бросает в дрожь. Его вводят в королевскую спальню. Дверь за ним закрывается окончательно и бесповоротно, наподобие крышки гроба.
Высокие, украшенные затейливой резьбой потолки. Кровать под балдахином, застеленная шелками. Пространство освещено светом свечей. Раффаэле окидывает взглядом стены спальни. Вдоль каждой из них плечом к плечу стоят инквизиторы; их белые накидки сливаются. У каждого солдата на поясе висит меч, а в руках – арбалет, направленный на Раффаэле. Узник медленно идет по комнате, и наконечники стрел послушно следуют за каждым его движением.
Взгляд Раффаэле останавливается на инквизиторе, который стоит во главе цепочки, ближе всего к королевской кровати. Терен. Главный Инквизитор сжимает челюсти, встретившись глазами с вошедшим. Раффаэле опускает ресницы, но все равно чувствует, как бушует от ярости энергия Терена, и замечает, как сжала рука рукоять меча – аж костяшки пальцев побелели.
По спине Раффаэле бегут мурашки – положение не из приятных. Эти солдаты простоят здесь всю ночь? И Терен тоже будет сторожить свою королеву?
– Вы хорошо выглядите, – подает голос королева от маленького письменного стола, за которым сидит.
Она встает, подходит к Раффаэле и останавливается перед ним. Длинный шелковый шлейф скользит по полу позади королевы. «Она бледнее, чем Энцо», – отмечает про себя Раффаэле.
Джульетта оглядывает его с головы до ног. Потом крутит пальцем в воздухе и командует:
– Повернись! Дай посмотреть на тебя.
Раффаэле вызывает легкий румянец на своих щеках и исполняет распоряжение королевы. Его бархатная мантия закручивается на полу, свет свечей подчеркивает золотистые заломы складок. Перехваченные золотой цепочкой волосы, прямые и блестящие, спадают с одного плеча. Несколько сапфировых прядей блестят в приглушенном свете. Раффаэле смотрит на королеву подведенными черным и подкрашенными серебристыми тенями глазами.
Раффаэле ощущает, что королева неспокойна. Он осторожно дотрагивается до ее сердечных струн, изучает изменение ее эмоций, чувствует недоверие и подозрительность, но под ними нечто иное. Оттенок расчетливости. А за ним… едва заметный намек на желание.
– Ваше величество, вы довольны мной? – спрашивает он, снова оказываясь лицом к королеве, но не поднимая глаз.
Джульетта улыбается. Ее глаза блуждают где-то над ним. Она прикасается холодной рукой к его подбородку:
– Трудно сказать. Ты еще ничего не сделал.
Раффаэле задерживает дыхание, выполняя знакомое упражнение по блокировке нежелательных заигрываний со стороны клиента, по отказу от своего тела с целью выполнения своих обязанностей, как будто это делает кто-то другой. Приведя ум в оцепенение, он сосредоточивается на движениях и возвращает Джульетте хорошо отрепетированную улыбку, льнет к ее руке, будто жаждет большего, нежно задевает нити ее энергии, пока ее глаза не расширяются. Ему почти удается обмануть самого себя.
Терен, стоящий рядом с кроватью, отводит глаза.
– У тебя была особая репутация во Дворе Фортунаты. – Джульетта убирает руку и отступает, с любопытством глядя на Раффаэле. – Я понимаю почему. Ходят слухи, что мой брат при жизни часто навещал тебя. Он любил тебя, верно?
Она ловит его на приманку, играет его чувствами. Нужно быть осторожнее. Раффаэле не поднимает ресниц и удерживает свою печаль на расстоянии, не дает ей захватить себя.
– Ему нравилось мое пение и остроумие, – отвечает он тихим смиренным голосом.
– Пение и остроумие, – эхом повторяет королева; на ее губах играет легкая улыбка. – Так вот как теперь это называется во дворцах удовольствий? – Следует недолгая пауза, и она продолжает: – Я наслышана о твоей силе, Вестник. Ты способен находить других из Элиты, таких, как ты сам. Это правда?
– Да, ваше величество.
– Что еще ты умеешь делать?
«Она боится меня», – думает Раффаэле. Он опускает глаза, понижает голос и отвечает:
– Я приношу успокоение, утешаю.
– Тогда даруй мне спокойствие ума, хоть немного, Вестник, и ответь, – говорит Джульетта, и взгляд ее становится тяжелым, – где остальные члены Общества Кинжала?
Раффаэле отвечает не колеблясь:
– В Бельдане.
При этих его словах в Джульетте загорается искорка удовольствия. Она улыбается и сочувственно хмыкает:
– Ты сбежал после смерти принца, так ведь? Если я сохраню тебе жизнь, ты предашь своих друзей из Общества Кинжала и
