– А? – Олок, уже отвлекшийся на Талиссу, повернулся к танцующим. – Да, похоже, так и есть. Очень странно.
– Аура наронтов наибольшее воздействие производит именно на эльфов и их потомков, это давно известно. Наронты появились в Первую эпоху и стали известны именно как сеящие ужас среди них. Из всех порождений Тьмы они далеко не самые сильные, но зато самые приспосабливаемые. Во всяком случае, только они смогли завести детей. Хотя слово «завести» тут совершенно не подходит. На настоящих, чистокровных эльфов они наводили такой ужас, что те буквально теряли сознание просто от их присутствия в армии противника. Возможно, одной из причин их отъезда за Океан и стали невероятные потери в боях с ними. А то, что эти ходячие комнаты страха могли еще и размножаться, окончательно убило их желание жить в Землях Белых Ягуаров.
– Но эрольды-то остались. И Тандела его совершенно не боится! – возразил граф.
– Тандела, хоть у нее и зеленые волосы, отнюдь не так проста, как кажется. Она совершенно не похожа на обычную эрольдку. Ее мать была эрольдкой, и это без вопросов, но кем был ее отец?
– Вы думаете, это не человек? А кто тогда?
– Румиец может быть?
– Да ну, что вы! Всем известно, как выглядят румийцы. Смуглые, почти темнокожие, широкоплечие, высоченные… мда… – Олок оторвался от созерцания Талиссы. – Духи и демоны!
– Ага. Если бы не кожа и волосы… Она выглядела бы натурально как румийка. Но кожа и волосы – такой же признак румийцев, как и волосы и глаза – у эрольдов. С другой стороны, что еще известно о происхождении румийцев?
– То, что они, как и эрольды, потомки эльфов! Но эрольды высокие, тонкие, с яркими разноцветными волосами, необычным цветом глаз, а румийцы – мощные, черноволосые, смуглые. Тандела – мощная, но с эрольдскими волосами.
– Может быть, она действительно дочь румийца?
– Вряд ли. Известно, что все потомки румийцев от эрольдов выглядят как румийцы.
– Ну, тогда я не знаю!
– И я! Более того, мне это не особо интересно! Для меня гораздо важнее, что она с нами.
– Это уж точно! – улыбнулся Олок и снова посмотрел на дочь герцога.
Я тоже глянул на нее, стараясь понять, что же он там рассматривает. Девушка сидела спокойно, устало откинувшись на спинку стула. Видимо, слушала музыку. Граф буквально пожирал ее глазами. А вот я абсолютно ничего выдающегося не видел. Помимо воли мой взгляд скользнул в сторону, где Силена, глядя на меня и глуповато улыбаясь, выслушивала что-то от матери. Она отвлеклась, посмотрела на меня, и леди Виола возмущенно проследила ее взгляд. Я смело встретился с ней глазами и слегка кивнул. Она ответила кивком и снова начала что-то нашептывать дочери.
Раздался восхищенный восклик герцога, и я глянул в зал, на танцующих. Болут и Тандела выписывали такие пируэты, что любо- дорого было смотреть. Высокие, грациозные, по-своему красивые, они были так увлечены танцем, что он давно перерос в нечто большее. Это был самый настоящий поединок, в котором красота, грациозность и пластика эрольдки сошлись с прямотой, силой и мощью графа. Завороженный невероятной красотой танца, я так и остался следить за ними с полуоткрытым ртом.
А вот Олок, похоже, так и не отвлекся от Талиссы. Дарон пихнул его в бок и прошипел:
– Чего ты там увидел! Ты на сестру свою посмотри! Когда еще такой танец увидишь?
– А? – граф посмотрел в зал и пожал плечами. – Да ну прям! Заменим Болута на Соура – уверен, не хуже получится.
Танец тем временем закончился, и задорный фокстрот сменил степенный вальс. Белый наронт коротко поклонился Танделе, она сделала реверанс, и они направились к возвышению. Я почувствовал, что меня снова начинает потрясывать. Не поддаваясь накатывающей панике и страху, я плотно сжал зубы. Не хватало еще выбить дробь при всех.
Болут усадил Танделу и подошел к нам:
– Господа, я, пожалуй, вернусь к планам, которые у меня были до того, как я отправился в Толор. Так что продолжайте веселиться, герцог. Надеюсь, не сильно испортил вам праздник.
– Что вы, милорд! А не секрет, что за планы у вас были?
– Я собирался в Освалор.
– На представление молодых аристократов?
– Да. Посмотрю, что за молодежь. После выхода указа об отмене преследования бессмертных там должны появиться интересные экземпляры. Парочку я даже знаю. Заочно, так сказать.
– И кто же?
– У меня указ о помиловании брата Ланы див Китилы. Его схватили семь лет назад.
– Тимакос див Китил. Я наслышал об этой истории. Император так и не казнил его?
