продолжил:
– Я всё понимаю и жалею, что погубил ту десятилетнюю птицу у себя в квартире. Ведь можно было просто?напросто выйти из ванной через стену, но я тогда об этом не догадался.
– Ты не виноват, за тот раз вся вина на мне лежит. Испугалась, что все эти магические сплетники, которые тоже называют себя кланами, начнут мне косточки перемывать. Впала в такую ярость, что себя не контролировала. Но ты знаешь, я ведь ни о чем не жалею. Если бы всё пошло по?другому, то наши кланы не помирились бы, и я оказалась бы далеко от тебя. А сейчас всё так хорошо, что я даже не смерти опасаюсь, а боюсь, что это счастье когда?нибудь закончится.
– А я вот боюсь смерти, и за Василису, и за тебя, да и за себя тоже страшно. И вообще, если погибнет кто?нибудь из наших союзников – это ужасно.
– Я понимаю. Но для тебя Огненная птица – не человек, и ты не станешь жалеть, если её не станет.
– Это не так, в данном случае Красный птенец ничем не рискует. Его нельзя убить тем оружием, которое есть у боевиков, а вот воинов клана Воздуха и Лунатиков могут. Кащей наверняка учёл опыт прошлого поражения, и мы выйдем из боя с огромными потерями. Воины воздуха не смогут хорошо воевать в густых кустах, а у Лунатиков совершенно нет опыта. Да и атаку Кащей собирается начать после захода Луны – знает, гад, что ночью при растущем месяце у него нет шансов!
– А с гибелью Красного птенца прекратит существование весь наш клан. И нас тут же уничтожат. А если даже и сумеем уцелеть, то кому мы станем нужны такие? Все от нас отвернутся, ты меня забудешь и даже разговаривать со мной не захочешь. Я ведь для тебя совсем никто, так, взбалмошная дурочка, которая тебе на шею вешается. И ты только из вежливости меня и терпишь.
– Что за глупости ты говоришь? Я от тебя не отвернусь и никогда не забуду. Может, такой разговор сейчас и не к месту, но буквально вчера вечером я лежал и думал, что встреть тебя на месяц раньше, то непременно бы влюбился и смог ответить на твои чувства.
– Я это знаю.
– Ты тоже читаешь мои мысли?
– А там и читать ничего не требуется. Когда кто?то сам с собой, не особо скрываясь, говорит тихой речью, надо просто прислушаться. Особенно тому, про кого думают. – Анфиса подошла ко мне вплотную, уткнулась в плечо и прошептала: – Поклянись, что ты меня никогда не прогонишь.
– Я тебе обещаю, что мы с тобой всегда останемся близкими друзьями.
– Не надо остальных слов. Просто пообещай, что не прогонишь, и всё.
– Клянусь, что никогда тебя не прогоню.
– Спасибо… Теперь я готова, только тебе придётся меня поддерживать, боюсь, что у меня может не хватить сил, чтобы контролировать птенца.
– Да, конечно, я сделаю всё, что смогу.
– Тогда поцелуй меня! И знай, что рядом с тобой я готова умереть, не задумываясь.
Я приблизился к Анфисиным губам и в первый раз поцеловал её сам, долго и нежно. Огнезащитная одежда хрустела и кололась, как толстая стеклоткань, которой обшивают теплотрассы, но и через неё я ощутил, как бешено колотится Анфисино сердце. А ещё почувствовал, что наши сосуды с магической энергией слились воедино, объединённые невидимым, но мощным волшебным каналом.
Мы с Анфисой вышли из огненного портала и увидели, что народа на вершине скалы прибавилось – рядом с Василисой стояли Егорушка, Николай, Ирина и баба Вера. По самому краю полукольцом сосредоточились воины и маги клана Воздуха, причём кое?кто стоял, почти нависая над обрывом, готовый моментально вспорхнуть на услужливом ветерке вниз. Анфиса подошла к Ариэлю и протянула ему Красного птенца:
– Я тебе доверяю самое дорогое, что у меня есть.
– А ты могла бы его высадить через портал, поближе к дороге? – уточнил Ариэль.
– Да, говори куда.
Ариэль достал ручное облачко, через которое он управлял торнадо, и погрузил в него обе руки. В нескольких километрах от нас над просёлочной дорогой, по которой приехали машины с боевиками, стала раскручиваться легкая воронка смерча.
– Вон туда, метрах в трёх над землей.
Анфиса открыла портал и посадила в него Огненную птицу. Почти в то же мгновение воронка смерча вспыхнула изнутри,
