А кто такие шицу все-таки?
— Те, кто подчиняется, — нехотя ответил отец.
Картинка, которую я уловил в его памяти, заставила меня помрачнеть и поспешно сменить тему:
— А чем можно помочь твоей… шицу?
— Она уже не шицу, она нашла свою истинную любовь, — объяснил папа, а Горотур добавил:
— Не лез бы ты во взрослые дела, парень. И без тебя разберемся.
— Погоди, — остановил его папа. — У меня идея.
Он внимательно посмотрел мне в глаза и сказал:
— Если ты пообещаешь мне не принимать человеческий облик до нашей следующей встречи, то можешь нам помочь, Марат.
У меня даже дух захватило! Приключение! Я тут же преисполнился важности и спросил:
— Что я могу сделать?
— Добраться до Тристании и помочь ей выбраться из передряги, — объяснил отец.
— А она где? — не мог я не спросить.
— Сейчас покажу.
Папа положил свои ладони мне на виски, и наши разумы слились, как тогда в лесу. Словно быстрое кино, пронеслись в голове картинки: мы пролетели над пустыней, куском степи, мелькнули над лесом, совершенно не похожим на наш, а потом понеслись над серым морем. Нам не мешали ни дождь, ни брызги. Вскоре я увидел россыпь маленьких островов. Один из них приблизился, и я разглядел грот на его песчаном берегу. Возле грота стояли двое, обсуждая что-то важное. Они размахивали руками, но явно не ругались. А потом картинка пропала. Когда зрение прояснилось, отец сказал:
— Это Трис и ее… друг. Им надо помочь выбраться с острова. Сможешь добраться туда за сутки?
Вопрос заставил меня фыркнуть. Преодолеть почти тысячу километров за какие-то часы? Нет ничего легче… Я даже знал, как это сделать. Так что ответил совершенно уверенно:
— Конечно, смогу.
— Обещай мне! — настойчиво сказал отец.
— Торжественно клянусь, что до новой встречи с тобой не буду принимать человеческого облика, — правильно понял я его. Увидев, что папа немного успокоился, я добавил: — Ну, что? Я пошел?
— И ты не боишься за сына? — В голосе девушки прозвучала тревога. — Террор, это опасно.
Отец, которого все тут звали именно этим странным именем, пожал плечами и ответил, с улыбкой глядя на меня:
— Не боюсь я за него. Пусть боятся те, кто попробует его обидеть. Вервуда не зря считают грозой империй. Не давай себя в обиду, сынок. Встретимся в столице эльфов, в доме Тристании или во дворце королевы. Там посмотрим.
— Ага, — от нетерпения я чуть не запрыгал. А потом превратился в совершенно новое существо — не то, что брело по лесу и степи. Это больше напоминало настоящего дракона, только из дерева. Огромные крылья подорвали меня вверх, к серым облакам. С запозданием я мысленно извинился перед оставшимися на земле — их чуть не раскидало по песку. И полетел по уже знакомому маршруту.
Если бы не внутренняя магия, никакие крылья не помогли мне преодолеть такое расстояние за пятнадцать часов, что ушли на полет до морского побережья. Очень захотелось искупаться, но запрет папы на собственный облик надо соблюдать, так что я просто совершил очередное превращение. И в волны с неба бухнулось нечто, похожее на динозавра с картинки о древних морях. Плавников, правда, я вырастил раза в три больше, да и тело сделал больше похожим на акулье. Откуда-то пришло знание, что в воде можно двигаться очень быстро, если создать вокруг себя прослойку газа или пара. Пришлось нагреться в буквальном смысле. И понеслось…
Это море привело меня в восторг. Купаться в образе человека, плюхаясь на малой глубине, — ничто по сравнению с ощущением полного слияния с морской стихией. Конечно, скорость была далеко не той, что в небе, но и расстояние оставалось ничтожным по сравнению с тем, что уже успел преодолеть. Какие-то морские животные регулярно пытались играть со мной в догонялки, весело посвистывая десятками щупалец. Потом попалась стайка вытянутых рыб размером с подводную лодку. Они даже умудрились меня обогнать, после чего с победным видом растворились в глубине.
А затем на меня напали. Это было жутковатое существо, напоминающее водного динозавра из книжки, которая была у нас дома в прежней жизни. И оно было переполнено странной силой, связанной с ветрами на поверхности. Когда огромная пасть попыталась откусить кусок от моей драгоценной тушки, я обиделся. Почему-то до этого был уверен, что в море может быть только
