эти столетия извела множество наших аватаров мужского и женского пола, забирая их силу. Пока Хтолим не рискнул впустить в мир свой первый аватар. Увиарт, один из полубогов Лахлана, один из хранителей Сердца Бездны, смог на какое-то время укротить безумную богиню. Но теперь ему все реже удается запереть ее рвущуюся силу, не дать ей вырваться в мир и смолоть его в прах пустоты, замешанный на иллюзиях и лживых мечтах.
Я слушал рассказ бога, и картинки стали складываться в огромное полотно. В истории для меня решались одна за другой многочисленные загадки, встреченные по пути к этому дню.
— Защищаясь от ярости сумасшедшей Суинаски, мир Лахлан начал растить барьер между реальностью и океаном энергии, дающей жизнь. Магия стала уходить из мира. Это почувствовали все волшебники и шаманы. И тут надо сказать еще об одном… Задолго до Катарсиса один из умнейших магов расы эльфов понял, как получить власть над своим народом, вернув при этом ушастым былую силу. Они с сообщниками смогли разорвать связь эльфов с истинно парным народом гарпий. А замену источникам силы эльфов нашли в гехаях, жителях иного мира, очень близкого к Лахлану. Твоя Земля, моркот, именно твоя Земля стала источником гехаев для преступников. Представь себе, на что пойдет эльфийский маг, чтобы заполучить такой источник силы?
— Подозреваю, что на все, — нехотя согласился я со словами аватара. — Значит, только благодаря заговору ушастых магическая сила до сих осталась в Лахлане?
— Нет худа без добра, Террор. — В голосе послышался смех. — Так все сошлось. Так решили Вершители Судеб вселенных.
— Как все сложно…
— Слушай дальше. Хотя на первый взгляд гехаев раскидало по Кавану хаотично, на самом деле — это был строго контролируемый процесс. Постепенно эльфы смогли перетащить сюда почти четыре сотни землян, вывернув им мировоззрение и лишив правильного понимания происходящего. Все гехаи по прибытии сюда попадали под заклятие отраженного разума, его еще называют пологом сна. И теперь они принимают издевательства хозяев за любовь, а заботу посторонних — за покушение на убийство. Конечно, были и есть исключения. Все-таки твои земляки — такие лапочки в массе своей. Кое-кто даже по-настоящему влюбился. Но это лишь подтверждает правило. Гехаи — жертвы эльфийской извращенной стратегии по захвату мира. Сначала они планировали завоевать только Каван. Но сотню лет назад их планы изменились. И теперь им нужен только весь Лахлан, и никак иначе.
— И что, все ушастые в курсе этих планов? — недоверчиво спросил я.
— О нет… — отмахнулась хвостом многоножка. — Конечно же нет. В это посвящена лишь верхушка. Главы старых и новых родов, магистры пяти башен, королева и ее ближайшие соратники… В планах ушастых по поводу гехаев была попытка призыва не просто Источника Силы. Им нужен был очень сильный Источник, да еще и контролируемый. Гехай со способностями хайверса. Они даже дали имя такому существу — геверс. И у них почти получилось. Почти…
— Рассказывай, — мрачно сказал я, понимая, что мы подобрались к моей истории.
— Когда мы, боги Лахлана, поняли, что эльфы начали реализовывать планы по захвату мира, мы также поняли, как можем помешать этим планам. Особенно отчетливо это стало проявляться после взаимоуничтожения драконов и черных моркотов, последних Многоликих рас Кавана, кроме туров, конечно. Согласно одному из древних пророчеств, спасение мертвым народам принесет на черном хвосте двойник последнего правителя Сердца Бездны. И в определенный момент мы вмешались. Все точки сил сошлись в тот миг, когда на тебе сфокусировались чаяния эльфов и наши планы. Ты должен был стать тем геверсом, вечным рабом, способным дарить хозяевам невиданную Силу. Но мы позволили себе изменить два момента — помогли мятежному духу черного императора слиться с тобой в момент перехода через границу миров, это во-первых. А во-вторых, чтобы дать тебе время осознать перемены и обрести силы, сбили настройки перемещения. И ты, вместо центрального алтаря подземной цитадели заговорщиков, очутился посреди ламарского леса, недалеко от даракаля Шанталь, где на тебя и наткнулась герцогиня Тристания. Правда, удачно получилось?
Самодовольство бога зашкалило. Я усмехнулся и сказал:
— Замечательно. Но при чем тут мой сын?
Многолапый аватар не ответил. Мы с ним одновременно почувствовали звонкий обрыв нитей, протянутых между мной и последней шицу. Словно их обрубили… Полосующая боль алыми нитями скользнула по сердцу и душе с такой силой, что меня скрутило. Огненный аватар прошипел:
— Паскудство… Кто-то посмел вмешаться в твою суть, Террор Черный.
— Мне надо туда, — сквозь зубы прошептал я, прикрыв глаза от боли.
— Время лишь прихоть смертных рас, — ответил голос. — Ты попадешь обратно именно в тот момент, когда это надо. Ты
