Его спина горела жгучей болью, но сердце стало таким огромным, что едва не разрывалось от счастья. Он свободен! Он обнимает Нандалее, и, может быть, вместе с заключенным с Золотым союзом спадет и проклятие, всегда тяготевшее над даром его любви.
Нандалее станет последней любовью в его жизни. Он будет защищать ее всеми силами. Решительно поднялся. Ее голова бессильно упала ему на грудь. Губы дрожали, но не могли произнести ни слова. Вместо этого по щекам бежали горячие слезы, и он уже тоже не мог сдерживать слез.
Его меч остался лежать на полу. Он воплощал в себе жизнь, которая окончилась в этот час.
— Мы уйдем в леса, как только ты наберешься сил. Оставим позади все. Мы будем свободны!
Она заморгала и подняла на него взгляд. В ее взгляде читался страх. Что он сказал не так?
О драконах и эльфах
«Случившееся в Глубоком городе отдалило не только змеев неба от их создателей, альвов, но и навеки изменило эльфов Белого чертога. Никогда прежде не ходили они на битву вместе. Каждый, кто входил в ряды драконников, уже совершал подлые злодеяния, но увидеть, на что они способны вместе, — это было нечто иное, чем убивать наедине с самим собой. Не пьяные от победы вернулись они в Белый чертог, нет, они были подавлены. И когда оружие драконов снова развесили в Белом чертоге, пришлось создать одиннадцать новых бронзовых дощечек, ибо именно столько их ушло. Я узнал об этом от Элеборна, для которого это были последние дни в Белом чертоге. Как наставники Белого чертога ни пытались вернуть былой дух, убеждение в том, что они отдают свои жизни за правое дело, исчезло. Существовало что-то такое, что навеки утратили эльфы: уверенность в том, что они сражаются на стороне света, а их мечи преумножают справедливость. В глубине души они знали, что змеи неба не привели в исполнение беспристрастный приговор, а просто отомстили. И месть на этом не закончилась. На поврежденные и наполовину затопленные лодки, с помощью которых карлики когда-то передвигались по подземным рекам, они наложили заклятие, чтобы каждая из этих лодок привлекала к себе внимание Белых змеев, если ее начнут чинить или использовать. Кроме того, они оставили в Глубоком городе несколько червелапов, которые должны были обрести в туннелях новую родину, а на холодных ветрах над горой, возвышавшейся над Глубоким городом, скользили среброкрылы, ибо такова была воля змеев неба, чтобы никогда больше не ступала в Глубокий город нога карлика. Это место было проклято до скончания дней.
Сила злых поступков способна изменять волшебную силу, присущую нашему миру. Я сам видел призрачный лес, возвышающийся сегодня над теми проклятыми чертогами. Лес, над которым не летают птицы и где не устраивает себе нору мышь. И несмотря на то что глаза карликов вспыхивают, когда они говорят о богатствах Глубокого города, никто не осмеливается вернуться туда на поиски утраченных сокровищ.
Но был и хороший итог тех деяний, ибо сами того не понимая, змеи неба подготовили почву, на которой дух мятежа должен был пожать первые плоды. (…)»
Заметка на полях: Мелиандер провел часть юности вместе со своей сестрой Эмерелль под защитой карликов. Весьма сомнительно, может ли он считаться объективным рассказчиком.
Степное право
