Почему они не едут спасать Машку? Что такого сказал по телефону Ланс, раз Ника немедленно свернула все спасательные мероприятия? Дора не могла понять, не находила себе места. Вон Ланс приехал в компании Злата и Лешки, пока она пыталась дозвониться до двойника. Ника с Левашовым сцапали ребят и увели совещаться. Какая секретность, подумаешь. Все равно ей Ланс все потом расскажет.
Парней из Никиного кабинета она прождала полчаса.
– Едем с нами, – позвал ее Ланселот. – Возле Никиного дома замечены странные личности и химеры, тебе туда нельзя.
Наконец-то не здесь пылиться, а участвовать в реальных событиях!
Но, оказывается, все было куда интереснее. Ланс и Злат поспешили в квартиру Роберта. А Дору взял с собой на мотоцикл Леша, отвез в университетский клуб. Там собрались все юные байкеры. Андрей раздал ребятам пластиковые контейнеры с обедом.
– Налетай, пока тепленькое. Лелька-буфетчица не перестает о нас заботиться! – Настроение у Соколиного Носа было приподнятое, не то что у Доры.
– Ой, смотри, раскормит тебя до своих габаритов, – подмигнул другу Леша. – А потом съест.
– Я жилистый, между зубов застряну. – Казалось, ничто не способно испортить Андрею настроение.
Доре кусок не лез в горло. Там с Машкой не пойми что, здесь Таня с Русланом.
– Тигра… – Мигрантка решила вначале поговорить с девушкой. Тем более что от взглядов Руслана по спине бегали мурашки.
Таня точно ждала беседы, легко подскочила, поставив обед на стол, вышла в полнящийся смехом и звуками коридор. Они выбрались на крыльцо, присели на скамейку. Дора молчала. Все объяснения, которые она тщательно заготавливала, сортировала и пересчитывала, посыпались из кармана мелкой монетой в придорожную пыль. Мигрантка совершенно не знала, что говорить.
– Ты не любишь его, моего Русика, – верно поняла все Таня. – Его внимание пугает тебя.
Дора кивнула. Внимание не пугало, скорее будоражило в душе нечто скрытое, заставляло быть собранней, иначе ступать, иначе говорить, не забывать надевать сережки и подкрашивать губы. Но не скажешь же это вслух.
– У меня есть Ланс, и я его люблю, – не покривила она душой. – Русик веселый, компанейский, но не мой. И никогда моим не будет, я не хочу этого. Прости, я не знаю, как себя с ним вести, не знаю, что сделать, чтобы…
– Ничего, – немного расслабилась Таня. – Он всю жизнь такой. Увлекается другими, мотает мне нервы. Но неизменно возвращается. Наверно, это неуважение к себе, но я привыкла его прощать.
Дорофее вдруг захотелось оказаться за тысячу километров от этого одиночества.
– Я не могу его потерять. – Таня отвернулась. – Он тобой переболеет, как ветрянкой. А ты держи своего Ланса, держи крепче.
Она встала и пошла назад, неся на плечах тяжесть подозрений, опасений и разочарований, груз неуверенности в себе. И Дора не знала, как ей помочь.
Мигрантка просидела на скамье до приезда Ланса со Златом и только тогда вернулась к ребятам.
– Нам запретили вмешиваться, – сокрушался Ланселот, пересказывая визит к Роберту и беседу с Никой. – И как передать Маше послание, никто не решил. В лабораторию не дозвониться. Ехать самим еще опасней. Поэтому ждем Эла. А когда он будет – хоть на кофейной гуще гадай.
– Вот засада! – возмутился Гоша. – Как ходить на разведку, так мы первые. Как помогать, так притворитесь тряпкой? В городе полсотни химер и почти столько же сенсов и всяких странных личностей. Мы должны им сдаться на милость?
– У нас ни оружия, ни секретных средств связи. – Ленка восседала на столе в окружении рулонов с чертежами и всякого хлама. – Жорик, попроси помощи у своего отца.
– Он-то чем нам поможет? – удивился Гоша.
– Он умный, придумает, а мы на подхвате будем, – за всех решила Ленка.
Гошин отец, можно сказать, был главным байкером Барска и предводителем «Детей урагана».
– Отец, конечно, согласится, – с сомнением в голосе изрек Гоша, – но он не в теме. Он даже не до конца понимает, что я его эмоции могу считывать.
– Сами справимся. – Руслан заварил в кружке чай и протянул Доре.
– Тигра, держи. – Мигрантка как ни в чем не бывало передала кружку Тане.
Таня закусила губу и отвернулась от своего неблаговерного. Русик обескураженно встряхнул волосами и принялся что-то рассказывать Жене-Джону.
На этом бы все и закончилось, не вмешайся Злат.
