ими рисковать.
Вон и Лена с Лешей появились, сразу к кассе пошли заказывать. Они же защищать ее бросятся в случае чего. А это не их бой.
«Я не сдамся просто так. Я должна тянуть время, вдруг Машка еще не осуществила задуманное?»
– «Что вы творите, идиоты? Как вы могли так рисковать?» – невесело передразнил Ланс шамана. – Он сам был готов ввести код и раскрыть себя. А у нас, похоже, черный пояс по глупостям, – резюмировал юноша.
– Он не сказал, что должно произойти? – Дорофея отодвинула в сторону коктейль. Нужно забрать с собой остатки пиццы и купить побольше воды.
– Полагаю, диверсия. Я бы на месте дока ни строчки кода не отдал врагам, – признался Ланс. – Эл подлизывается к новым властям в лаборатории. Ника сидит в центре клонирования, боится еще кого-нибудь зашибить.
– Мне не жалко Белякова, как ни пытаюсь себе объяснить, что он хороший. – Дора поежилась. Опять это мерзкое чувство в животе. Хотелось бежать, мчаться отсюда за край изведанных земель. – Ланс, меня ищут.
Ланс спрятал под куртку пистолет с сонными пулями, багетку пристегнул к запястью. Потом сбегал к кассе, купил три бутылки воды, небольшую пиццу, все сгрузил в сумку.
– Мы теперь куда? – Наблюдавший за их приготовлениями Гоша тоже принялся собираться.
– Мы, не вы, – поправила Дорофея. – Вдвоем нам проще укрыться от погони. Правда, Ланс?
– Я всегда с тобой, – ответил парень, допивая из стакана остатки фанты. – Спасибо за все.
Они вышли из пиццерии. Девушку поразило предвечернее освещение – острое и яркое, какое бывает только осенью, когда часть неба закрыта сине-фиолетовыми тучами, а другая неистово бирюзовая. Угольно-густые тени, слепящий глаза свет заронили в душу семена тревоги.
У дверей в мастерскую готовилась к отъезду четверка немолодых бородатых байкеров.
– Подвезете? – решила попытать судьбу мигрантка.
– Куда тебе, красавица? – поинтересовался самый бородатый из всех, в куртке, увешанной значками.
– Через центр поедете? – уточнил Ланс.
– Точно. Садитесь?
Бородач кивнул приятелям.
– Знаешь, что за штука? – Байкер протянул ей черный, с рожками шлем.
– Соображу.
Дора надела пахнущий краской и одеколоном шлем на голову, устроилась за внушительной спиной. На куртке был вышит портрет бородача в таком же рогатом шлеме и с секирой. Снизу красовалась надпись «Один». В такой веселой компании Ланс с Дорой отчалили от пиццерии.
Когда-то Ника с Левашовым рассказывали девочке: если вдруг за ними будут охотиться сенсы или психологи, всегда нужно быть в движении. «Мы лучше чуем неподвижное. Если жертва бежит, тем более путает след, нам каждый раз нужно настраиваться, а то и прибегать к помощи коллег», – предупреждали они ее. Вот Дорофея и бежала.
Сколько они продержатся против химер? Те готовы преследовать, пока не умрут, уж Дора с Лансом это знали не понаслышке. А если за клоном Маши Ивановой выслали несколько отрядов? Хоть бы дать время Маше. Пообещавший все разведать Эл несколько часов не отвечал на звонки.
В это же самое время в обоих зданиях лабораторий Ноэля сработал таймер, раскрылись встроенные в механизм ампулы с кислотой и опрокинули содержимое на важнейшие рабочие узлы электронной системы контроля за аномалией, на сервера хранения информации. От кроткого замыкания загорелась оплетка проводов. Из многогранных металлических сооружений на вершинах Тесла- башен в небо и землю ударили снопы молний. Одна за другой серия вспышек из мощных излучателей на крышах лабораторий сбили концентрацию химер на Землю-1. Роберт полностью подчистил за собой, оставив врагам лишь воспоминания о былом изобилии бесплатной чужой интеллектуальной собственности. Василий Мазурин спешно докладывал Гильермо Карвелу о диверсии.
А парочка беглецов распрощалась с байкерами, села на автобус до окраины, потом взяла в прокате велосипеды, добралась до озера, по набережной прокатилась на такси.
Огненный закат допылал на западе, осыпал угли за вершины небоскребов. Барск погрузился во мглу. С озера по-воровски медленно и осторожно пополз белесый туман.
К десяти вечера ребята так сильно вымотались, что забрались с ногами на лавку под голыми липами на набережной, сели спина к спине, ведь так теплее, и поужинали холодными остатками пиццы.
