– Тан капитан, – поправил его тор. Лицо Трома разгладилось, от бешеного взгляда не осталось и следа, но в голосе еще сохранились недовольные нотки. – Тан Грим предупреждал, что раньше вы не видели наших кораблей, и только поэтому я прощаю вам ваши слова, протектор Т’мор. Но впредь советую воздержаться от выражения недовольства относительно моего кнорра. Команда, знаете ли, очень любит «Ласточку» и может сильно обидеться…
– Приму это к сведению, тан капитан, – кивнул арн, не желая повторять эксперимента. Тром оказался на удивление вспыльчивым тором.
– Ладно уж… – пробурчал коротыш и кивнул Т’мору. – Где там наш груз?
– Это не груз, это пассажиры, – поправил тора арн, но тот лишь отмахнулся.
– Какая разница?
– Большая. Пассажиры требуют особого внимания, комфорта и забот, – посчитал нужным настоять на своем Т’мор, но тану капитану, похоже, эти попытки были до одного места.
– Как и многие иные ценные грузы. Например, хауки… – начал было Торм, но покосившись на собеседника, тут же умолк. Ну да, риссы крайне бережно относятся к этим порождениям Тьмы, и весть о том, что торы наладили контрабанду не только вин, но и хауков, вряд ли вызовет у них понимание.
– Думаю, мы сумеем договориться, не правда ли, тан капитан? – демонстративно поигрывая кулоном Ока Совета, промурлыкал Т’мор.
– Урговы потроха. Говорила мне мама, не болтай лишнего, Торми… – Вздохнул тор и обреченно кивнул. Т’мор хотел было уже приступить к переговорам, но тут на берег стали выходить маги со своими семьями, и арн с недовольством вынужден был отложить торг на неопределенное время.
Несмотря на то что погрузка происходила не без помощи магии, завершилась она лишь к вечеру. На кноррах развернулись полотнища парусов, тут же подсвеченные алым светом заходящего солнца, заскрипел такелаж, ударили рынды, и огромные корабли начали набирать ход, направляясь навстречу ночи.
К удивлению Т’мора, эти толстяки ничуть не уступали «змеям» хоргов в скорости. Да, с маневренностью у них было туговато, но торговым кораблям она вроде бы как и ни к чему. Вот и неслись себе два кнорра по морю, взрезая волну, глотая милю за милей.
Слушая шум волн и скрип снастей в ночи, наслаждаясь ароматом моря, арн ностальгически вздохнул, вспоминая свое путешествие из Двойного в Меельс, но долго предаваться воспоминаниям у него не вышло. Где-то раздался детский смех, тут же перебитый громкой пастарской командой, щедро умащенной солеными выражениями, и арн, передернув плечами, отправился на поиски выделенной ему каюты. Благо, в отличие от беженцев, размещенных в специально переоборудованном и разбитом на отдельные жилые отсеки трюме, тан капитан обещал предоставить каюту своего отсутствующего второго помощника, расположенную там же, где и его собственная, на корме «Ласточки».
Найти ее не составило труда, и арн рухнул на узкую койку, провалившись в сон еще до того, как его голова коснулась подушки.
Первые два дня пути на кноррах в целом прошли… без приключений. Т’мор шатался по всей «Ласточке», время от времени натыкаясь на вездесущих детей, или развлекался тем, что наблюдал, как матросы-торы то и дело достают этих мелких хулиганов из таких щелей, о существовании которых на корабле, похоже, не подозревал даже сам капитан Торм. По крайней мере, однажды Т’мор, по случайности присутствовавший при очередном докладе пастара капитану, точнее его стенаниях о несносных детях, лезущих куда ни попадя, отчетливо слышал, как Торм, отпустив страдающего пастара, задумчиво пробормотал что-то о найме в Торинире сорванцов… Ну да, это ж сколько места под заначку контрабанды пропадает!
Еще часть времяпрепровождения Т’мора пришлась на беседы с магами. И арн был впечатлен. Эти люди были словно выточены из стали. Хорошей такой, оружейной стали… или булата, секретом литья которого так не хотел делиться Байда. Жизнь с клеймом темного мага приучила их к осторожности, но не только. К удивлению арна, почти каждый из беглецов был воином… Нет, не по направлению своих магических умений, хотя и здесь они могли что-то продемонстрировать, они были воинами, что называется, по жизни. И это качество Т’мору импонировало. А уж когда он узнал, что среди беглецов имеется аж трое мастеров клинка, радости арна не было предела.
– А как вы хотели? – грустно усмехнулся один из магов, с которым Т’мор, что называется, зацепился языком во время вечернего моциона. – Это в лесах можно творить что угодно. Храмовники туда не суются. Боятся. А стоит кому-то из наших воспользоваться своим даром в городе, и церковники не успокаиваются, пока не выловят всех темных. А защищаться как-то надо. Потому-то каждый из нас знает, с какой стороны браться за клинок. Даже женщины… особенно женщины.
– Хм. Ну, больше вам опасаться светлых не придется, уж это я обещаю, – хмыкнул Т’мор, как и его собеседник, вглядываясь в
