и короткий, но весьма полезный рассказ о традициях здешних жителей. Если бы не сведения, почерпнутые у старого «Ведущего» да неожиданное заступничество фамильных духов хевда, пришлось бы Т’мору идти искать себе другое место для ночлега… и это в лучшем случае. А в худшем пришлось бы уходить из города прочь и придумывать иной путь в Эйреаллан. Казалось бы, что может быть проще? Встал на крыло и ага, но… Арн не зря вырядился в рясу храмовника Света. И его дорога к эйре должна была стать такой же частью легенды, как и костюм.
– Ну что, монах, расскажешь, как тебя занесло в наши гостеприимные места? – поинтересовался хевд, усаживаясь на освободившееся рядом с арном место спустя добрый час, когда дренги уже основательно нагрузились лагром и перестали коситься в сторону Т’мора… Хотя арн подозревал, что еще через час в пьяную голову кого-нибудь из этой компании обязательно придет мысль еще раз попробовать на прочность нового, пусть и временного дренга их команды.
– Почему бы и нет? – кивнул Т’мор, отставляя в сторону огромную кружку с темным тягучим напитком. – Вот только история эта будет коротка… Обитель нашего храма находилась на границе с Хумарскими степями. Этой зимой кочевники взяли ее приступом. Я единственный, кто выжил, и то лишь потому, что во время нападения находился в крепости Щура, куда меня отправил глава обители с посланием для полковника и средствами для покупки продовольствия… А потом один из разъездов сообщил о гибели обители, и мое пребывание в крепости утратило всякий смысл. Так что, пока не развезло дороги, я отправился в путь, обратно на родину, в Ор- Леон. Но идти пешком через полконтинента показалось мне не лучшей идеей. А крепость Щура находится не так далеко от побережья Долгого моря, а там всяко найдется хоть один корабль, идущий к берегам Ор-Леона. До побережья я добрался, когда снег уже сошел, но до порта не дошел. Я застрял у устья вздувшейся по весне реки и готовил долгий и требующий много сил ритуал, который должен был помочь мне пересечь поток. Вот на отголосок призыва Света и нагрянули эйре, оказавшиеся поблизости. Меня доставили на один из их кораблей, как я понимаю, для допроса. Но, поскольку я ничего не знал о предмете их поиска, великолепные чуть не выкинули меня обратно на берег. К счастью, одна из линен взяла меня под свою защиту, и я, возблагодарив Свет, остался с ними.
– Эйре в Долгом море? – Удивленно воззрился на Т’мора хевд. – Монах, ты ври, да не завирайся! Откуда им там взяться весной, да еще до открытия Змеиного пролива?!
– Они там были. Может, зимовали где-то на побережье. – Развел руками арн, внимательно и очень
– М-да. Печать одного из родов эйре, и поставивший ее представитель подох этой весной… И что же случилось с твоей покровительницей? – поинтересовался хевд, а Т’мор еще раз порадовался, что так основательно покопался в памяти Донны.
– Эскадра столкнулась с кораблями торов. – Вздохнул арн. – Не знаю. Мне кажется, что именно их и искали великолепные… Вот только торы оказались вооружены куда лучше, чем представлялось эйре, а их огонь был не в пример точнее. Эскадра была разгромлена, а я…
– Да? И как же ты уцелел? – Прищурился хевд, чувствуя, что монах что-то не договаривает.
– Я никогда раньше не сталкивался с эйре и меня никто не учил, как с ними нужно разговаривать. А здесь… – хмуро проговорил Т’мор, вздыхая. – Меня наказали за неуважение, привязали к мачте и высекли. А обнаружив торов, забыли отвязать.
– Хо-хо… – расхохотался Морской Рыч. – Я полагаю, мачту, к которой тебя принайтовали, сшибло в море во время боя, так?
– Именно, – кивнул арн. – А следующим залпом пушек и заклятьями магов корабль эйре разметало на куски. По-моему, больше выживших не было…
– Да ты везунчик, монах! – Весело ухмыляясь, покачал головой хевд. – И что, коротыши приняли тебя на борт?
– Если бы! – фыркнул Т’мор с ясно слышимой яростью в голосе. – Ушли и «до свидания» не сказали. Хорошо еще, что я с веревками справился, да пояс свой с ножом и камнями не потерял. Нацарапал кое-как на обломке мачты грамму и под пологом Света пошел к берегу. Клянусь, это было самое странное использование подобного ритуала на моей памяти. А где-то через декаду я добрался до какого-то городка, больше похожего на рыбацкое село. Там я и застрял, свалился с лихорадкой. Ну а выздоровев, разжился у местных одеждой и отправился сюда.
– Почему именно в Ротборг?
