Наконец, в одном углу арну удалось поддеть покрытие, и он удовлетворенно кивнул. Прямо в дощатый пол камеры была вделана труба, сейчас заткнутая мощной пробкой. Догадаться о ее назначении было несложно, и Т’мор только порадовался, что ему не придется требовать у своих тюремщиков ведро, которое при подъеме наверняка может разок-другой перевернуться на его голову.
Решив насущные дела, Т’мор улегся на пол и, закрыв глаза, провалился в глубокий сон. А что? Он же видел, что тот двуязыкий не стал подниматься на палубу следом за арном, а значит, и беспокоить Т’мора некому, да и незачем. Вряд ли подчиненные этого «мстителя», по своей собственной инициативе полезут знакомиться с пленником.
Так и вышло. Арн проснулся глубокой ночью, без всякой помощи со стороны экипажа корабля. От голода. Недолго думая, Т’мор скользнул в тень и, беспрепятственно выбравшись из камеры, спокойно отправился на поиски трактира, предварительно усыпив охрану корабля. Он ведь совсем не желал, чтобы какой-нибудь не в меру ретивый стражник, заглянув в камеру, обнаружил его отсутствие. Почему? Да потому что Т’мор уже принял решение отправиться в Эйреаллан именно на этом корабле. А что? Всем известно, что пираты Черепашьей гряды суда двуязыких не трогают. Да и скорость у этих корабликов все же будет повыше, чем у любого каравана… В общем, одни плюсы. Нет, минусы, конечно, тоже есть, ну уж их-то Т’мор как-нибудь переживет.
Найти в портовом городе трактир, работающий ночью, не проблема. Так что уже спустя четверть часа Т’мор сидел за столом в небольшом кабачке и с аппетитом трескал жареную рыбу, запивая ее терпким лагром.
Справившись с приступом голода, Т’мор задумался. С одной стороны, вроде как можно и вернуться обратно на корабль, с другой же… Арн вздохнул и, расплатившись с подбежавшим служкой одним из камней сил, до сих пор запрятанных в поясе, вышел на улицу, провожаемый ошарашенным взглядом подавальщика.
К сожалению, тубусы, вместе с тростью, кошельком и ножом, у арна отобрали эйре, перед тем как швырнуть в камеру, а значит, чтобы все-таки выполнить поручение стурского прелата, арну придется порыскать по кораблю эйре… и мозгам конвоиров.
Не теряя времени, арн метнулся на корабль и, убедившись, что охранники по-прежнему спят, осторожно пробрался в разум одного из них. К радости Т’мора, оказалось, что все его вещи были сложены в каюте капитана, того самого двуязыкого, что и взял арна «в плен». Но сам линт до сих пор не появился на корабле, а значит… Значит, узнать, что именно было изъято у Т’мора, он не успел.
Аккуратно восстановив обрушенные им мыслеблоки в разуме охранника, арн нырнул в тень и отправился на поиски своих вещей.
Как и предполагалось, каюта капитана обнаружилась в кормовой надстройке парусника. И к удивлению Т’мора, здесь не было ничего подобного той защите, что в свое время ему пришлось обходить на корабле ла Сольвейна. Какие-то простенькие щиты и пологи, завязанные то на Воде, то на Жизни… это даже неинтересно. Т’мор вздохнул и, не покидая тени, скользнул в каюту, где по воспоминаниям охранника, были сложены его вещи. Так и есть. Валяются прямо на столе.
Т’мор покосился на трость, но подавив желание забрать ее с собой, удовольствовался лишь вынутыми из тубусов письмами. А в следующий миг с палубы донесся чей-то ор. Кажется, «спящих красавиц» уже обнаружили!
Арн, не теряя времени, метнулся на палубу и нырнул сквозь решетку в свою камеру, как раз в тот момент, когда разъяренный эйре с пастарской дудкой на шее ткнул пальцем в сторону люка, требуя от разбуженного стражника, чтоб тот пошел и проверил наличие пленника в «колодце». Надо же, как Т’мор угадал с названием своего нового временного жилья…
– Да здесь он, – окинув злым, но внимательным взглядом хлопающего спросонья глазами пленника, сообщил пастару охранник, после чего для проформы проверил запоры на люке и, погасив светлячок, вернулся на пост.
– Смотрите мне, – рыкнул, удаляясь пастар, а Т’мор задумался. Можно, конечно, снова попробовать усыпить стражничков, вот только слишком велика вероятность, что пастар затеет еще одну проверку… да и сменить их скоро могут.
Уголек!
Змей моментально откликнулся на призыв хозяина и друга и тут же материализовался рядом. После чего вопросительно уставился на Т’мора.
– Значит так, диверсант ты мой чешуйчатый, – улыбнулся арн, но, покосившись на решетку люка, почти сразу перешел на мысленное общение. Уяснив задачу, змей довольно зашипел и, приподнявшись на хвосте, изобразил что-то вроде танца. Ну да, соскучился бедняга по полетам. Это ж не Плато Ветров, где он днями и ночами мог мотаться меж горных пиков, наслаждаясь свободой.
Тенью проскользнув сквозь решетку, змей взвился в небо на своих призрачных крыльях и устремился в сторону храма, сжимая в лапах свиток стурского прелата. Обещания надо выполнять, не так ли?
А вот рекомендательное письмо Т’мор оставлять при себе не решился и выкинул в трубу. Может, он бы и рискнул оставить его в
