Толпа замолчала, халиф даже подался вперед и попытался было наклониться.
– Чтобы убить тебя, – прозвучало из уст Нельсона как самое грязное ругательство.
В глазах халифа загорелись ярость и страх, он наотмашь врезал рукояткой пистолета по лицу мародера. В глазах того потемнело от боли, а через несколько секунд стало ясно, что его куда-то тащат.
Когда его бросили в один из одноместных номеров гостиницы, напоследок разрезав веревки на руках, ключей в кармане уже не было. Металлическая дверь с лязгом открылась во второй раз, и в помещение забросили Карину, яростно пытавшуюся отбиваться от тащивших ее кавказцев, которые, судя по всему, как женщину ее не расценивали.
Фанатики.
Дверь с шумом закрылась, кто-то дважды провернул ключ в замке. Нель встал с места, растирая онемевшие ладони. Место и положение очень были похожи на те, при которых они с девушкой познакомились.
Правда, в бункере было однозначно чище. И кормили. А он еще отказался есть.
В животе жалобно заурчало.
– Может быть, попробуем начать сначала? – ухмыльнувшись, спросил мародер.
Девушка подняла заплаканные глаза, полные ненависти. Урод. Решил сдать ее дом, а теперь еще и издевается.
– Дикарь ты и есть дикарь! – заорала она. – Ублюдок! Я-то тебе зачем? Поиздеваться хочешь? Отомстить?
Нельсон не выдержал и наотмашь ударил ее ладонью по мокрой от слез щеке.
– Выжить хочу, понимаешь? – затряс он ее, схватив за плечи. – Выжить и отомстить.
Мародер был уверен: халиф боится его. Боится, но жадность сильнее, жадность не дала ему просто пристрелить Неля и забыть обо всем. Слишком уж много слухов ходило про Нельсона по городу, слишком уж много из этого было правдой.
– А меня-то зачем с собой тащишь? – со злостью спросила она.
– Потому что… – Мародер запнулся. Ему не хватало сил сказать правду, но продолжить он смог, понизив при этом голос: – Они бы из тебя выпытали, где находится вход. Это мне не нужно. А теперь нам на поверхность дорога… А там… посмотрим, кто чего стоит.
Девушка ткнулась в плечо Неля, заставляя его тело сотрясаться синхронно с ее рыданиями. Нельсон не знал, что говорить в таких ситуациях: у него общения с противоположным полом не было давно. Нет, импотентом он не был, природа и радиация миловали, но…
Обжегся в свое время уже на этом.
Попытавшись разрядить всю неловкость этой ситуации, мародер стал гладить Карину по спине.
– То, что там, в канализации, было… – сквозь всхлипывания услышал Нель, – в нише… Оно искренне…
Девушка отстранилась, посмотрев в изуродованное лицо Нельсона. Останутся шрамы, нос уже не выпрямить, скорее всего. Так и срастется неправильно. Мужчина заглянул ей в глаза, невольно залюбовавшись игрой зеленого и карего, перетекающих друг в друга. Все же не совсем глаза желтые.
Карина подняла руку и дотронулась до лица Неля, провела пальцами по грубой шершавой коже щеки.
– Лучше не надо. – Нель отстранился и покачал головой.
– В чем дело? – спросила девушка, отдернув руку. – Я тебе не нравлюсь?
У нее были парни, там, в бункере. Но ни один из них не был похож на этого отморозка-мародера. Странно даже, что он способен чувствовать что-то. Да и способен ли?
– Нравишься, – глухим голосом ответил Нель, бессильно отведя взгляд. – Там… другое… Была у меня жена. Нет уже. Не важно.
Она была совсем легкой с виду. Невесомой. Нельсон и раньше-то поднимал ее практически без труда, а уж сейчас… Как будто сухую головешку несешь.
Белая ткань простыни закрывала ее тело. Мародер сидел в лазарете, за ширмой, боясь потревожить и так беспокойный сон.
Несмотря на изнуряющую болезнь, она не растеряла своей красоты: все те же забавные кудри, симпатичный овал лица, короткий вздернутый кверху носик. При взгляде на нее у Неля щемило сердце от желания как-то защитить эту невинную девушку… Потому он и решился на сближение с ней.
Но не справился.
На тумбе лежала целая куча иммуномодуляторов: Нельсон притащил их с поверхности, надеясь, что это сможет хоть как-то
