бегом проносились мимо, спеша на помощь к свежим больным. Никто не обращал на меня внимания. В больнице, как и везде, человек видит только то, что ожидает увидеть. Для них я просто санитар, который, как и положено, куда-то торопится.

Войдя в палату Сэмюэла, я прикрыл за собой дверь и немного постоял, пока глаза не привыкли к полумраку. Тихо шипел аппарат искусственного дыхания, мерно пикал кардиомонитор. Вдоль стены справа стояли шкафы, а слева – кровать и мониторы, на которых отображались пульс, температура и кровяное давление Сэмюэла.

Лицо у него было очень бледное, и только веки – темно-серые, как угольная пыль. Если бы не звуковые сигналы и волны на мониторах, я бы решил, что пришел слишком поздно.

– Сэмюэл? – шепотом позвал я. – Сэмюэл, это я, Альфред.

Он что-то еле слышно пробормотал. Какое-то шипение, а не слово. Я наклонился ближе, и мне показалось, что он произнес: «София».

«София? Кто такая София?»

– Все хорошо. – Я похлопал его сквозь одеяло по плечу. – Я тебя вытащу.

– София!

– Не София, – сказал я. – Альфред.

«Может быть, София – это его медсестра?»

Выдвинув поочередно несколько ящиков в шкафу у стены напротив, я нашел открытую коробку со скальпелями. Каждый был в индивидуальной бумажной упаковке. Я надорвал одну и снова подошел к Сэмюэлу.

«Дар, но не богатство».

– Познакомился тут с твоей сменой. – Я положил скальпель на подушку и откинул одеяло. Практически все тело Сэмюэла выше пояса было забинтовано. – Жутковатый тип. Как и ты, только по-другому. Тебе бы в похоронном бюро работать, а он лощеный такой, вежливый до мурашек.

Я медленно снимал бинты, но на раны Сэмюэла не смотрел. Я глядел на его некрасивое, похожее на морду бладхаунда лицо с ввалившимися щеками, выпирающим подбородком и глубокими морщинами на лбу.

– Он заявил, что АМПНА ни при чем. Не знаю, что и думать. По мне, так очень похоже на АМПНА. Но я же не был оперативником, как ты, и не представляю, на что они там способны.

Я взял скальпель и долго держал его в руке. Алмазно-прочное лезвие замерло над моей ладонью. На ней уже красовался шрам от пореза: в Чикаго я спас Сэмюэла из лап демонов. А до этого, в Смоки-Маунтинс, я порезал себя, чтобы исцелить агента Эшли. Но если ты сделал такое один раз, то это еще не значит, что во второй будет легче. Нужна известная сила воли.

– А самое главное то, что я теперь в полной заднице, – шепотом произнес я, обращаясь скорее к себе, чем к Сэмюэлу. – Мне светит пожизненная тюрьма или психушка. Оба варианта не нравятся. Надо найти третий, а ты должен мне в этом помочь.

Я провел скальпелем по ладони. Вокруг лезвия сразу выступила кровь.

– Именем архангела Михаила… Князя света…

Я поднес окровавленную ладонь к животу Сэмюэла.

– Именем Михаила, который пронес меня сквозь огонь…

Сэмюэл неожиданно схватил меня за запястье и, не открывая глаз, произнес:

– Нет…

Говорить ему было трудно, и я видел, как от усилий у него напряглась шея.

Потом он открыл глаза и сказал:

– Не ты решаешь… Не… ты…

Я попытался прижать ладонь к ране, но Сэмюэл был очень силен. Все это походило на какой-то странный реслинг.

– О чем ты говоришь? – удивился я. – Я же могу тебя исцелить.

– Нет… – выдохнул Сэмюэл. – Не ты…

Он сделал глубокий вдох, и в груди у него забулькало.

– Ну и не тому рассыльному это решать, – огрызнулся я. – А теперь не дури и дай мне закончить…

Сэмюэл приподнял с подушки голову и сказал:

– Не тебе решать! Не тебе!

Он произнес это с такой яростью, что я даже отпрянул. Попытался отцепить тонкие пальцы Сэмюэла от своего запястья, но, даже ослабший, он все еще был слишком силен для меня. Сэмюэл опустил голову на подушку и закрыл глаза, тяжело дыша.

– Я не позволю тебе, Альфред, – прошептал он.

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату