– Он мой. – Джули вышла вперед. – Все равно у вас только ножи, а у меня рапира.
– Женщина с рапирой! – Офицер расхохотался, но его смех внезапно сменился стоном.
Он, как в замедленной съемке, повернулся спиной к бунтовщицам, и те с удивлением увидели торчащий в ней кинжал, вогнанный по самую рукоять.
– Лихо, – отметила Бланш, радостно улыбаясь.
– Предательница! – завопил Коста с негодованием, нависая над Тиффани, которая с невероятной ловкостью шмыгнула в сторону, воспользовавшись изумлением остальных.
– Режь! – рявкнула Труди.
Собственно, это был уже не бой, это была бойня. Ошалевшие от крови и отсутствия сопротивления бывшие каторжницы перебили всех, забыв о милосердии и сочувствии. Впрочем, получись так, что они попали бы в руки тех, кто был мертв, им тоже было бы глупо рассчитывать на снисхождение.
– Ну, как я? – с гордостью спросила у Джули Тиффани. – Лихо?
– Не то слово! – признала правоту товарки девушка. – А где Бланш?
– Кто? – не поняла воровка.
Бланш все-таки добралась до Косты. Причем невесть как и когда, но она даже успела привязать его руки к камину, установленному в этой зале, и теперь сидела на нем верхом, ласково улыбаясь.
Плантатор с ужасом смотрел на хрупкую девушку, залитую кровью уже с ног до головы, которая поигрывала кинжалом и детским голоском рассказывала ему дальнейшую программу их общения.
– А потом я вырежу твою печень, как тогда, в спальне, и обещала, – нежно пропела Бланш. – А ты, дурачок, мне тогда не поверил.
– Убей меня, – пробормотал Коста. – Убей, нечисть болотная, убей!
– Фу, – поморщилась Бланш. – А вроде культурный человек! Не забывай, я аристократка в шестнадцатом поколении, со мной так нельзя.
Кинжал скользнул по мышцам живота, потекла кровь.
– Не скажу, что потеряла много от того, что ты меня изнасиловал, – ворковала Бланш, подрезая плантатору кожу. – Да и что мне было терять, меня мой братец еще в тринадцать лет… Впрочем, неважно. Но сама моральная сторона дела, то, что ты на меня покусился…
– А-а-а! – истошно завопил Коста. – Слезь с меня, ведьма!
Бланш склонила головку к плечу и с доброй улыбкой, жутковато смотрящейся на ее детском еще личике, покрытом подсыхающей кровью, глядела на завывающего старика.
– Заканчивай. – Джули подошла к аристократке и содрогнулась, когда та повернула к ней лицо. – Время. Арабелла нас ждать не будет.
– Не-а. – Бланш шаловливо показала ей язык. – Я еще немного тут побеседую с доном Иезекилем, у нас остались невыполненные взаимные договоренности.
– Да и шут с ней, – зашептала в ухо Джули Тиффани. – У нее же явно не все дома. Пошли отсюда, подруга, от греха.
– Убейте меня, леди, – взмолился Коста, глядя на Джули. – Заклинаю вас. А если вы отгоните эту безумную фурию и дадите мне шанс выжить, я открою вам, где мой тайник с золотом.
– Даже не думай мне помешать, – почти пропела де Форсез, делая еще один разрез на теле плантатора. – Мы же подруги?
