Юная Венера (сборник)

– Порт Венера, порт Венера, повторяю, это борт Бейкер…

– Борт Бейкер-семнадцать, проезжайте. Пилот, оставайтесь в кабине и ждите дальнейших инструкций.

– Оставаться? – переспросил Кельвин. Он узнал голос старшего оператора Кандиса, которого очень редко можно было застать в башне. Передвижение по космопорту было элементарным, немногочисленные правила не касались безопасности судов. И автоматическая система справлялась с ним без труда. – Вы это мне, Кандис? Мне заплатили за этот рейс, я не могу сидеть на земле, у меня шахтеры.

– Ждите распоряжений, Кел, – устало ответил Кандис. – Военно-Космический Флот Земли встретит вас у ворот.

– Что? Флот встретит меня? Зачем?

– Не спрашивайте. И оставьте меня в покое. Я сегодня занят.

– Ты что-то натворил? – спросила Сьюз по внутренней связи.

– Ничего такого, что бы заинтересовало ВКФ Земли, – озадаченно пробормотал Кельвин.

Порт Венера был дипломатическим городом, управляемым сложным трехсторонним советом, состоящим из представителей Мирового Правительства Земли (которое не было в полном смысле слова мировым, поскольку не включало несколько стран-изгоев), КОМ (Космическое объединение Марса, не включающее Цереру) и Меркурий Инкорпорейтед (типичная корпоративная диктатура). На практике в порту Венера преобладало местное управление, и все шло само по себе, пока где-нибудь не сменялся очередной высокопоставленный чиновник и одно из межпланетных правительств не начинало соваться не в свое дело.

– Разберись с этим побыстрее, – сказала Сьюз. Кельвину принадлежало 63,7 % корабля «Быстроногий бродяга», остальное принадлежало семье Сьюз, проживающей на орбитальной станции над Венерой. Сьюз находилась на борту, чтобы защищать семейные интересы и управлять пассажирами и грузами, а ее многочисленные клонированные братья и сестры выполняли различные инженерные поручения и бумажную работу.

– Конечно, конечно, – пообещал Кельвин. Он подключил робота-погрузчика, пальцы автоматически бегали, последовательно отключая системы, а в уме прокручивались некоторые сомнительные сделки и незаконные операции на границе, случавшиеся за последние годы. Он не мог понять, почему обычно сонная таможенная служба порта Венера решила с ним поговорить, и в итоге решил, что таможенники просто хотят получить взятку. Но какое к этому всему имеет отношение Земной флот?

Несмотря на то что ничего конкретно известно не было, Кельвина продолжало мучить легкое чувство беспокойства. Продолжая думать об этом деле, он проглотил противогрибковые таблетки с остатками мартини, отстегнулся и поднялся с места, снял шлем, смазал противогрибковым кремом лицо и руки, затем надел пояс с прикрепленным на нем тепловым лучом (против случайных человеческих грибков и прочего), парализатор (против случайных человеческих подонков), складной нож (когда имеющихся устройств оказывается недостаточно). Он посмотрел на бар в задней части кабины, подумывая о втором бокале мартини, но решил воздержаться. У него будет достаточно времени для этого, когда «Бродяга» вернется на орбиту.

– Кабина безопасна? – спросил он Сьюз, хотя, как всегда, он сам проверил пространство рядом с выходом по слегка заплесневелому экрану. Шахтеры выходили без давки, видимо, успокоенные видом Сьюз, огромной в своем бронированном вакуумном костюме, с парализатором в правой перчатке, а левая ее рука была полностью заключена в шар, проецирующий силовое поле, на тот пожарный случай, когда всех занимающих шесть пассажирских рядов нужно срочно привести в спокойное состояние.

– Да, все о’кей.

Кельвин провел по датчику пальцем, потом еще несколько раз, прежде чем дверь открылась, обдав его волной теплого влажного воздуха. Слишком большая влажность и венерианские микроорганизмы, имевшие симпатии к пластику, влияли на датчик открывания дверей, как и на все системы шаттла. Даже при регулярной чистке и обеззараживании срок годности приборов, даже сделанных по «венерифицированной» технологии, был намного короче, чем утверждал производитель.

– Иди и разрули ситуацию, – сказала Сьюз. – Я сделаю всю наземную работу и почищу нас, чтобы лететь обратно.

– Спасибо, Сьюз, – улыбнулся ей Кельвин, стараясь не показывать, что встревожен. Он надеялся, что они вернутся оба. Сьюз умела управлять кораблем, хотя у нее не было такого опыта, как у него, она училась уже на месте, в то время как он окончил полный курс орбитально-атмосферной школы в Форт-Атертон, потом десять лет водил самолет Тихоокеанских объединенных сил Земли, потом как-то пережил Третье Вторжение, летая на штурмовом шаттле с Деймоса на Марс и обратно…

– Вот дерьмо, – произнес он, чувствуя, как его прошлые легкие опасения кристаллизуются во вполне серьезные страхи. Его служба в ВКФ закончилась двадцать лет назад, но он продолжал получать смехотворную пенсию и имел маленькое удостоверение, гласящее, что он демобилизован…

– Ты о чем? – спросила Сьюз.

– Просто вспомнил кое-что, – мрачно ответил он, и воспоминания стали более четкими, когда Кельвин в конце коридора увидел узколицую женщину – старшего лейтенанта в форме военно-космических сил. Шахтеры, увидев на ее бедре лазерный пистолет и сверкающую нашивку «ОП» на рукаве, обходили ее стороной. Полиция порта Венера склонна закрывать глаза на многое и к тому же брала взятки, но все знали, что не стоит переходить дорогу Орбитальному Патрулю ВКФ Земли, Службе правопорядка КОМ или Отделу по соблюдению закона Меркурий Инкорпорейтед, которые по очереди патрулировали космопорт.