– До кабины еще надо добраться, а большинство противогрибковых препаратов – полное дерьмо и на местных обитателей не действуют, – ответила Винни.
– Я посмотрю, – сказал Теодор. Он соскочил с повозки и побрел к кораблю, даже не удосужившись взять оружие.
– Эй! – крикнула Винни. – Подожди!
– Большинство местных грибов меня не трогают, – отозвался Теодор, оглянувшись. – Если я не вернусь через пять минут, спасайтесь на жабоходе.
Он осторожно осмотрел оплывший край шлюза, но тот уже достаточно остыл, и прокаженный вскочил на борт и исчез внутри.
– Иногда я ненавижу Венеру, – вздохнул Кельвин.
– Что есть, то есть, – отозвалась Джат, пожав плечами. – Но признай, тут лучше, чем на Марсе.
– Везде лучше, чем на Марсе. – Кельвин снова посмотрел на часы. – Кто-нибудь знает точный радиус поражения современных тактических ядерных зарядов Земного флота?
– В боеголовке пять зарядов, их радиусы перекрываются. Кроме того, Грохот отклонит их немного, падение будет неравномерным. Нам может повезти.
– Что-то я не заметил, чтобы нам особенно везло в последнее время, – усмехнулся Кельвин.
– Значит, скоро должно повезти, – ответила Вини. – Прекрати ныть.
– Я не ною, – запротестовал Кельвин, – просто констатирую факт.
– Внимание, – резко сказала Джат, поднимая гранатомет. – Кстати, у меня последний заряд.
– Это Теодор… – произнес Кельвин.
Прокаженный появился в проеме шлюза, но с ним было что-то странное… он сжимал голубоватую фигуру, которая могла оказаться очередным кукловодом или другим, не менее опасным чудовищем.
– Огонь по моей команде, – приказала Винни.
– Все чисто! – крикнул прокаженный. – Немного безвредных грибов там и тут, ничего серьезного.
Он поднял обтянутую синим фигуру, и она задвигалась, слабо шевеля головой.
– Это Йезес! Триплет, «младшая сестра» Мазис! – крикнул он. – От кукловода она спаслась, но вляпалась в то, что мы называем «синим одеялом». Я должен взять ее с собой, любое земное лечение убьет ее.
– Я думала, прокаженными становятся добровольно! – крикнула Винни.
Теодор пожал плечами.
– Можно сказать, она согласна, – вздохнул он. – «Синее одеяло» не убьет ее, она придет в сознание и со временем вернется к нормальной жизни.
Кельвин взглянул на часы. Тридцать четыре минуты.
– Мы должны взлетать без разговоров.
– Не думаю, что хочу оставить эту девушку наедине с Теодором, – сказала Винни. Она посмотрела на Джат, и та кивнула. – Поднимай корабль, Кел. Мы пойдем с Теодором.
– Уверены? – уточнил Кельвин.
– Да. По правде говоря, мне не очень-то хочется покидать планету. Я никуда не улетала с тех пор, как нас демобилизовали. Это место проросло в меня.
Кельвин не стал смеяться над этой старой венерианской шуткой.
– Береги себя, – сказал он, обнимая ее одной рукой, – я сделаю все возможное, чтобы «Ротария» не запустила ракету. Придумаю что-нибудь.
– Вот. – Джат протянула ему пистолет, крупнее их обычных армейских тепловых лучей. – Вдруг Теодор что-то упустил.
Кельвин взял оружие и хотел обнять Джат, но девушка молниеносно поднырнула под руку и легонько шлепнула его по затылку, что было у Джат высшим проявлением расположения.
Теодор, высоко подняв девочку на руках, пробирался к жабоходу. Кельвин, не касаясь его, махнул ему рукой, когда он проходил мимо.
– Спасибо, Теодор, – сказал он. – Мир прокаженным.
Как и ожидал Кельвин, входная дверь была открыта, и ему не пришлось тратить время на борьбу с гидравлической системой. Внутренняя дверь оказалась закрытой, и он осторожно продвигался вперед, закрывая все люки за собой и держа наготове пистолет. Повсюду были пятна плесени, но ничего похожего на щупальца, распыляемые в воздухе споры и иную враждебную нечисть не обнаружилось.
Кабина пилота была заперта, что явилось одновременно и хорошей новостью, и плохой. Хорошей – потому что кабина относительно мало пострадала от воздействия венерианских организмов, а плохой – потому что Кельвин потратил пять драгоценных минут на то, чтобы обойти систему безопасности с помощью старых военных кодов, которые, как он и надеялся, сохранились в памяти судна.
Пульт управления оказался свободен от грибов. Там и тут мигали лампочки, указывая на наличие резервных генераторов и спящего режима всех систем и сигнализируя о том, что посадка прошла успешнее, чем можно было надеяться. Кельвин поспешно проскочил мимо сидений несуществующего экипажа,
