На которое она сейчас опаздывает! И уже весьма значительно. За все время их знакомства Абдера ни разу не задерживалась. Опоздание, часто говорил Диквем, – это венерический грех, передаваемый половым путем.
(Кроме подбора названий для отношений Джора и Абдеры, любимая тема острот Диквема – дурацкая земная терминология. Отправной точкой для высмеивания являлось земное наименование обитателей второй планеты, часто сводящееся к шуточкам в адрес Джора наподобие «Ты предпочитаешь венерианские отношения или венерические?» И все в таком духе.)
Джора дружеские смешки по поводу их отношений с Абдерой уже изрядно утомили. Но это одна из основных тем, поднимаемых под действием брю – а он является жизненно необходимым для выживания землян на Венере.
– Может быть, мне следует пойти к ней?
– И рискнуть оказаться в лодке грабителей? Или быть пойманным полицией из Земного управления за нарушение комендантского часа и предстать перед Таттлом? Или утонуть в грязи, так что концов не найти? Не глупи. – Диквем усмехнулся и качнул полупустым бокалом (он не из тех, кто считает стаканы «наполовину полными») в направлении окна, выходящего на север от порта Венера, и построенной людьми башни, словно нависшей над портом. – Наслаждайся видом. Сегодня вечер почти безоблачный, Линза так и светится.
Порт Венера располагался в северной части Сумеречных Земель, широкой полосы приемлемых для жизни температур, что тянулась по планете от полюса до полюса. Те, кто заезжал далеко на восток, рисковали изжариться в Полуденных Землях, или утонуть в Блистающем море, или просто сгинуть среди джунглей и болот. Углубитесь далеко на запад, и вы замерзнете в вечной тьме Ночных Земель. Люди знали, что звезды, небо и солнце видны только из Ночных Земель: низкие температуры замораживали воду и устраняли из воздуха все облака, окутывающие остальную часть планеты.
Над портом Венера небо, как правило, оставалось равномерно серым, как в тоскливый зимний день над Чикаго, цвет изменялся, только когда шли дожди, а шли они часто. Над земной колонией не было ни дня, ни ночи, ни смены сезонов, что способствовало принятию Земным Управлением жесткой десятидневной рабочей недели, и контролирующие организации не нуждались в дополнительных мерах по эксплуатации своих работников.
Конечно, время от времени в атмосфере Венеры вследствие непонятных пока причин возникало движение облаков, и мрак немного рассеивался, отчего случайные лучи солнца освещали верхушку Линзы.
С такого расстояния Джор не мог разглядеть заплатки, отвалившиеся балки, смывшуюся краску и недоделки… только гигантский стеклянный диск с двумя одинаковыми ответвлениями в центре.
– Вряд ли стоило это строить, – произнес он. Строительство шло напряженно, потребляя большую часть энергии за те пятнадцать лет, что он жил на Венере. Диквем был с ним согласен, он прожил тут еще дольше. – Один год испытаний…
– А потом, – продолжил Диквем, – тот, кто имеет деньги, сможет войти в двери на Земле и очутиться среди чудесных венерианских пейзажей. – Он посмотрел на дно пустого бокала. – Я не удивлюсь, Джор, если окажется, что мы работаем против своих интересов.
– А когда мы работали в своих интересах?
Диквем засмеялся. Его радовали первые проблески цинизма, зарождающиеся в приятеле.
– Да, но это рекорд даже для Земного Управления. – Он рыгнул. – Мы здесь процветаем…
– Если это можно назвать процветанием.
– …потому что нужно приложить серьезные усилия, чтобы добраться до Венеры с Земли.
С этим не поспорить. Межпланетные космические корабли были переполнены, билеты дороги. Перелеты долгие и неприятные.
– Никто не захочет лететь в такую даль с изгнанием, чтобы потом тащиться обратно на Землю.
Джор понимал, что Диквем по-своему прав: без всяких исключений, все, даже политические лидеры из Земного Управления, имели определенный Коэффициент Изгнания… это был гражданский рейтинг его или ее грехов против морали или поведенческих стандартов Земли. Грехи подразделялись следующим образом:
1. Общая неадаптированность.
2. Отсутствие семейных отношений.
3. Злоупотребление алкоголем или наркотиками.
4. Финансовая несостоятельность.
5. Политическая неблагонадежность.
6. Сексуальные домогательства.
7. Религиозная ересь.
Каждый землянин носил свой КИ, как орден, – завсегдатаи «13-плюс» гордились им, вы не могли войти в заведение, если сумма ваших индексов была меньше тринадцати.
Диквем потянулся за бокалом Джора, выпил его до дна и дал бармену знак повторить.
– И кстати, – Диквем резко поменял тему, как он любил это делать, – она появится.
Джордан Леннокс был проект-менеджером Линзы – он и помыслить не мог о такой работе, когда ступил на платформу в порту Венера. Но политические,
