Мужчина рассмеялся:
– Так кто же вы такой, господин Стаберинде?
– Я же сказал: турист. – Он сделал вдох, втягивая дым из чаши. – Недавно я заработал немного денег. И мне всегда хотелось побывать в Солотоле… но только чтобы с шиком. Именно это я и делаю.
– Как вам удалось заполучить контроль над «Авангардным фондом», господин Стаберинде?
– Мне кажется, задавать прямые вопросы вроде вот этого – невежливо.
– Вы правы. – Мужчина улыбнулся. – Прошу прощения. Позвольте высказать предположение относительно вашей профессии, господин Стаберинде? Конечно, до того, как вы стали жить в свое удовольствие.
Он пожал плечами:
– Если хотите.
– Компьютеры, – сказал мужчина.
Еще до этого слова он начал подносить стакан к губам, чтобы можно было изобразить замешательство, – это он теперь и сделал.
– Без комментариев, – сказал он, не глядя в глаза мужчине.
– Значит, в «Авангардном фонде» сейчас новое руководство?
– Совершенно верно. И гораздо более эффективное.
Мужчина кивнул.
– Именно это мне говорили сегодня днем. – Он подался вперед на стуле и потер ладони. – Господин Стаберинде, я не собираюсь спрашивать о ваших коммерческих операциях и планах на будущее. Но, может быть, вы расскажете – хотя бы в общих чертах – о том, куда, по-вашему, будет двигаться «Авангардный фонд» в течение ближайших лет? Нам просто любопытно.
– Ну, это просто, – ухмыльнулся он. – Увеличение прибылей. «Авангардный» мог бы стать самой крупной из всех корпораций при более агрессивной политике. Но прежнее руководство сделало из него благотворительную организацию и в случае отставания от конкурентов полагалось на очередной технологический прорыв, чтобы восстановить свое положение. Теперь же фонд будет драться, как и другие большие мальчики. И поддерживать победителей. – (Мужчина с умным видом кивнул.) – «Авангардный фонд» был до сих пор слишком… мягок. – Он пожал плечами. – Может быть, именно это и происходит, если предоставить машинам свободу действий. Но с этим покончено. С этого дня машины будут выполнять мои приказы, а «Авангардный» начнет жесткую конкурентную борьбу. Станет хищником, если угодно.
Он рассмеялся, но не слишком резко, стараясь не переусердствовать. Мужчина в ответ улыбнулся – осторожно, но широко.
– Вы верите… что машинам можно указать на их место?
– Верю. – Он энергично кивнул. – Конечно верю.
– М-да. Господин Стаберинде, а вам не приходилось слышать о Цолдрине Бейчи?
– Конечно. Кто же о нем не знает?
Мужчина плавно поднял брови:
– И вы думаете?…
– Я полагаю, он мог бы стать великим политиком.
– Многие считают, что он
Он покачал головой, глядя в свою наркочашу:
– Бейчи оказался не на той стороне. Жаль, но… чтобы стать великим, нужно быть на стороне победителей. И часть величия состоит в том, чтобы знать об этом заранее. Он не знал. Как и мой старик.
– Вот как… – протянула женщина.
– Ваш отец, господин Стаберинде? – спросил мужчина.
– Да. Он и Бейчи… это долгая история, но когда-то, давным-давно, они знали друг друга.
– У нас есть время, чтобы выслушать долгую историю, – весело заметил мужчина.
– Нет, – сказал он, вставая, поставил чашу и стакан и поднял с пола шлем. – Что ж, благодарю за приглашение, но мне, пожалуй, пора. Устал немного, и к тому же меня слегка помяло в автокатастрофе.
– Да, – сказал мужчина, тоже вставая. – Нам очень жаль, что так все получилось.
– О, благодарю.
– Не можем ли мы предложить вам какую-нибудь компенсацию?
– Да? И что же? – Он погладил шлем. – Денег у меня хватает.
– А если мы дадим вам возможность поговорить с Цолдрином Бейчи?
Он поднял глаза и нахмурился.
