Наконец мы поели и все разом направились к выходу. Вот только гитару Арт успел куда-то деть, я и не заметила.
Мы отошли в сторону от кафе и остановились под деревьями, где одиноко притулилась скамейка без сиденья, но зато с целой спинкой, – чтобы не бросаться в глаза тем, кто идет мимо по дороге или едет на машинах. Кит снял со спины рюкзак – такой же синий, как толстовка, он сливался с ней, поэтому я даже не сразу заметила.
– Хорошая вещь униформа, да? – усмехнулся он, заметив мой взгляд. – Иногда очень даже в тему.
Расстегнув молнию, он извлек несколько шариков для настольного тенниса. Уж их я сразу узнала, мы в интернате играли. Ундина вытащила из-под куртки пачку полиэтиленовых пакетов.
– О! А дома что не сделали? – протянул Арт.
– Издеваешься? – взвился Кит. – Меня мать знаешь как пасет? Хорошо, что вообще уйти удалось. Порывалась до дверей школы проводить.
Рил достала из карманов широких штанов ножницы и… Я узнала этот предмет, хотя видела всего один раз, у охранника мэра.
Зажигалку.
– Что, прям тут? – выдохнул Арт.
– А где? Не у модуля же.
Кит сел прямо на спинку скамейки, поставив ноги на остатки сиденья, рюкзак разложил на коленях и принялся кромсать ножницами теннисные шарики.
– Зачем ты? – вырвалось у меня.
– Тих-тихо, – ответил он, не прекращая своего занятия. – Арт, ну ты бы хоть просветил даму…
Девчонки обступили Кита – загораживая его от чужих взглядов и помогая, а Арт отвел меня в сторон у.
– Мы сейчас пойдем… в одно место. И там надо будет кое-что сделать.
– Это я уже поняла!
– Ты сказала, что не любишь искинов.
По лицу Арта было видно, что он сомневается: правильно ли сделал, взяв меня с собой.
– Мне не за что их любить. Они… Мне не за что их любить, – повторила я, про себя додумав про гибель техно.
– Мы все ненавидим искинов. У каждого – свои причины. Но главное: они превращают нормальных детей в неполноценных. Ты сама это видела в библиотеке.
– И… что вы делаете?
– Мы, – Арт осторожно огляделся, – сейчас пойдем к Образовательному модулю и… немножко испортим им учебный процесс. Если ты с нами – идем, будешь помогать. Если нет – ты сейчас поворачиваешься и уходишь на маяк. Как будто ничего не слышала и нас не видела. Сидишь там тихо. Вечером я приду и принесу поесть.
– Эти штуки, которые делает Кит…
– Тихо. Это бомбы-вонючки, – почти шепотом закончил Арт. – Не бойся, мы никого не убьем. И даже не раним.
– Бомбы-вонючки? – громким шепотом воскликнула я. Мне понравилось слово, хотя и напугало. – Они взрываются?
– Да просто дымят.
– Честно?
– Слово музыканта!
Я на секунду задумалась, переваривая информацию вместе с его «словом музыканта». Звучало сомнительно, хотя и… по-своему благородно.
– Ладно, – улыбнулась я. – Идем вместе.
В этот момент Кит доложил, что приготовления закончены, и мы отправились в путь.
Глава шестая
О хулиганах, спасении и команде «Темп»
Южный берег острова Центральный высокий и обрывистый. Здесь нет пляжей, а одетая в бетон набережная возвышается над самой водой. Далеко в море вдается единственная на острове гора – Плешка. Она низкая и похожа на кита.
Еще на Южном есть транспортное сообщение: от пристани ходят аквабусы до Северо-Восточного. Аквабусы – небольшие суда, человек на двадцать – тридцать. Отплывают часто и заметно разгружают транспортные потоки на дорогах. Тем более что дороги в этом районе Трущоб так себе. Латать не перелатать. Кроме того, есть еще специальные рейсовые катера, они отправляются до плавучей тюрьмы, которая хорошо видна отсюда, – бурое бесформенное сооружение. Туда по долгу службы часто наведывался Итан – так было и сегодня.
Руби прибыл на Южную пристань на аквабусе, чтобы дождаться отца, а потом они собирались отправиться за подарком на день рождения. Мальчику исполнялось тринадцать только через два дня, но как раз сегодня вечер у искина был посвободнее, а ведь то, что хотел Руби, надо было выбрать
