Техмат понял и с готовностью ринулся огибать остров. Руби вздохнул с облегчением. Можно было бы попробовать более примитивную, но точную команду – «Северо-Восток» например. Но с подобной простотой можно и врубиться носом в берег. Нрав у лодок ведь разный, некоторые очень резвые, не успеваешь приноровиться, как тебя несут галопом.
– Совсем чуть-чуть быстрее, – четко произнес Руби.
Техмат не понял. Но капитан и не надеялся – просто осторожничал.
– Темп!
Катамаран ускорился – ровно настолько, чтобы им можно было спокойно рулить, но при этом ощущение движения, полета захватило капитана целиком.
«То, что надо, – оценил Руби. – Не машина, а мечта. Если он правда ничей – будет мой, папа согласится, я уверен».
Техмат летел, разгоняя волны. Солнце играло на гребнях, сверкало в мельчайших каплях брызг, ветер резвился в волосах Руби, мальчик чувствовал, как лицо заливается краской. Он часто краснел, испытывая сильные чувства: радость, испуг или печаль, неважно. Поэтому, считал Руби, нет смысла менять ник в четырнадцать лет. Он слишком «его», слился с ним. Папа правильно выбрал.
– Правее, – осмелел капитан.
Техмат взял чуть в сторону от берега.
– Ровно!
Не помогло. Но Руби и сам уже понял, что – не то.
– Прежний курс!
Вроде бы все ясно, но катамаран отчего-то заметался из стороны в сторону, ветер бросался волнами в лицо.
– Вдоль берега! – почти крикнул капитан.
А вот это сработало моментально, как и раньше. Хотя от берега отошли уже на значительное расстояние, судно продолжало уверенно огибать остров. Руби выдохнул, вытирая рукавом со лба пот и соленую воду, а другой рукой держась за руль – просто для устойчивости.
Никогда не надо изменять проверенным командам. И «работает – не трогай» – вот принцип хорошего техника. А то, что он будет техником, Руби уже решил. Но его жизнь должна быть обязательно связана с морем, иначе в ней нет смысла. Сидеть в кабинетах, управлять механизмами – да хоть и микросхемами – на заводах, писать программы, проговаривая их в бесчувственные микрофоны, – это точно не для него. Лодки, катера, а уж тем более большие корабли, они живые. Как искины. Просто они скрывают это от всех. Но Руби-то давно-о догадался. Еще когда они с папой первый раз плыли с экскурсией на Рока-Алада и мальчику внезапно захотелось остановить аквабус посреди моря и покружиться волчком, как на карусели в аквапарке. У него получилось – судно с восторгом кинулось выполнять, – но все люди неимоверно перепугались, не исключая капитана. А отец заставил его вернуть аквабус на прежний курс и после этого целых двадцать семь дней не возил Руби на морские прогулки. На двадцать восьмой Руби подошел к нему сам, сказал, что все понял и обещает никогда не вмешиваться в управление судном, тем более если на борту НИ. Искином, говорящим правду по умолчанию, Руби не был, но им же сказанное слово имело для него вес, поэтому он не нарушал его.
Остров тем временем постепенно поворачивался другой стороной. Трущобы закончились, потянулись многоквартирные башни и модули офисов.
– Земля, кораблик храбрый мой, – проговорил Руби.
Это была еще не команда. Капитан только готовился причаливать, выбирал момент, разыскивал глазами нужную точку на берегу, чтобы скомандовать поворот. Но Техмат вдруг, уверенно и плавно, как будто всю жизнь ходил здесь рейсовым курсом, развернулся левым боком и направился точно в порт, постепенно еще убавляя скорость на ходу. Встал он четко к причалу. И даже веревка вовремя появилась из открывшегося паза.
– Фантастика, – пробормотал пораженный Руби.
Он и предположить не мог, что это готовая комплексная команда.
Это стихотворение Руби начал сочинять неделю назад – внезапно откуда-то пришли слова, когда он возился в порту со старым катером. Четверостишье вышло довольно складным. Но сейчас почему-то в голове вертелась еще одна строчка:
Руби не мог понять, к чему она там.
Глава седьмая
О грохоте, высоком заборе и молнии
– Вы с Ундиной и Рил едете на метро, как всегда, с разницей в остановку, чтоб не светиться. Сейчас все в школах уже, толпой будем внимание привлекать. А мы с Пчелкой напрямик через промзону, – проговорил Арт. И, увидев вновь ставший злым взгляд Рил, пояснил: – У нее нет карточки.
– Ладно, – кивнул Кит. – Встречаемся у них на стадионе.
Они втроем потрусили в сторону станции, причем Рил даже не обернулась. Но я чувствовала, что она готова начать изрыгать пламя.
Арт кивнул мне, и мы зашагали через двор, мимо серых многоэтажек.
– Она меня сожрет, – мрачно сказала я.
