Наместник вновь достал шар, крутанул его… И в тот же момент на мне, откуда ни возьмись, оказалась кольчуга, сотканная из серебряных звездочек, голову обхватил шлем, ноги – наколенники, а в руках появились меч и щит! Я была до того поражена, что не могла даже говорить. Может, это сон?
Но закатный луч заблестел на остром лезвии…
Я подняла меч – не тяжелый, вполне могу удержать. Удержать, ха! А драться кто меня научит?!
– Смотрю, ты вполне освоилась с оружием, техноведьма, – довольно проговорил наместник.
– Вы что… с ума сошли? – чуть не плача, воскликнула я. – Я не умею!
– Прежде чем кричать, посмотри, что написано на клинке. Читать ты, надеюсь, умеешь? Не искины же тебя воспитали.
Я повернула меч и поняла, что завитки, идущие вдоль лезвия, не что иное, как буквы.
– «Этот меч выкован техноволшебниками, да послужит во благо владеющему…» – прочитала я.
– Видишь? Все честно.
– Это – честно?!
Потрясая щитом, я невольно разглядела на нем герб. Ну кто бы сомневался: циркуль и транспортир. Только выглядели они не совсем так, как на флюгере, а более древними, что ли.
– Ты права: не совсем честно. Совсем честно будет вот так!
На миг наместника закружил налетевший вихрь. А в следующую секунду на его месте стояло существо, каких я никогда не видела вживую.
Я не выдержала и завизжала. Вместо человеческой головы у него была птичья – хотя и очень похожая на прежнюю из-за крючковатого клюва и встрепанных перьев. Передние лапы заканчивались огромными когтями. Задние, наверное, могли принадлежать собаке, а скорее всего – льву, потому что у страшного зверя имелся хвост с кисточкой, которым он колотил себя по бокам. Крылья остались на месте.
– Прекрати визг! – голосом наместника, только более каркающим, произнес зверь. – Узнала?
– Вы что, грифон? – еле выдавила я. Меня трясло. Казалось, сейчас упаду.
– Да. Я грифон. Нравлюсь? Вижу, что нет. Но не могу сказать, что огорчен: ты вызываешь у меня схожие чувства.
– Я же просто человек! Девочка! А вы…
– А я – безоружен! – отозвался грифон. – И сегодня я уже говорил: нет никаких «просто людей». Каждый – то, что он может. Или тот, кем себя ощущает. Есть орланы (в человеческом обличье), есть те, кого называют НИ – воспитанники искинов, – есть техноволшебники. Есть люди Трущоб, есть художники, поэты и музыканты. Есть императоры! Есть мэры городов и директора школ. Есть матери и есть отцы. И много кто еще. А просто людей – нет. Знаешь, как орланы называют рядовых своей гвардии? «Уно». Это значит «один». Счет начинается с единицы. Сражайся, техноведьма!
– Но если я ничего не умею! – с отчаянием крикнула я.
– Тогда ты – не единица, а ноль, – пожал плечами грифон. Удивительно, как у него получилось пожать плечами, стоя на четырех лапах. – Но не прибедняйся: ты не ноль. Сражайся, техноведьма. Спой что-нибудь из своих мелодий.
Он мне еще и помочь решил? Дал снаряжение, теперь советы дает? Чего он хочет, зачем все это?
Но совет грифона оказался не столь полезным, каким мог бы быть. От страха или от волнения – но я перезабыла все песни, которые пела раньше. В голове крутилась одна лишь «Длинная ветреная дорога», а слов я толком не знала. Неужели он сейчас бросится на меня, а я буду пытаться отбиться?! Поверить в этот кошмар было трудно. Но не обманывают же меня глаза и уши…
Вцепившись в меч и в щит, изо всех сил стараясь не зарыдать, я дрожащим голосом затянула:
– The long and windy road…
А в следующую секунду я испытала уже пережитое один раз – во время теста – ощущение: меня втянуло вглубь шарика. Хотя самого шарика давно уже видно не было…
Глава шестнадцатая
О «Шестеренке», сне и свечах, которые не гаснут
При взгляде сверху здание полиции напоминало шестеренку.
Чертеж нарисовала Натка под руководством дяди Коли. Физрук, Лялька и Славка с Женьком тоже сгрудились вокруг стола – дом ненавязчиво вырастил стол, – на котором лежал лист бумаги, и держали военный совет. Ярослав Игоревич и Даша ушли агитировать население силой убеждения и слез. Привратник триста раз напомнил им на прощание быть осторожными.
– Сверху по периметру расставлена охрана, – говорил Саша.
– Обычно там два человека постовых, – заметил Славка.
– Ты-то откуда знаешь? – с подозрением спросил физрук.
– Ну, – смутился Славка, – гулял.
Не рассказывать же сейчас всем, что они с Аней частенько смывались из «Зеленого угла».
